Принцип 3. Продукт должен быть создан в поле любимой деятельности.
Затем я выставил ориентир целевой аудитории. Поделил общество по правилу Парето: 80% глупых, 20% умных. Как ни странно, но ориентироваться нужно было на группу в 80%, просто потому, что глупых людей было значительно больше, что было для меня немаловажным, поскольку для развития метода нужны были деньги. Как ни крути, но даже самый красивый и полезный цветок зачахнет без воды, причем довольно быстро. К тому же на глупость проще воздействовать невиданными обещаниями. Люди же верят религиям, и ничего, готовы за это и убивать, и умирать, и им не приходит в голову, что бог тоже откуда-то взялся. В любом случае, продукт нужно было вывести на рынок, и проще всего это было сделать именно через так называемых глупых людей. Само собой, я их так называл лишь условно. Я не верил в то, что большинство людей вокруг меня глупы, а выделял их в такую группу только по признаку конформности, то есть внушаемости и подверженности стереотипии. Мне нужно было то, что смогло бы зацепить большинство людей, а значит – создать трамплин для моего быстрого роста. Метод был гениальным и революционным, но, черт возьми, его же нужно ввести в народ и получить с этого деньги, чтобы можно было дальше им заниматься. Я хотел на это потратить все свое свободное время, все свои силы и всю свою жизнь. Я нашел то, за что был готов умереть.
ГЛАВА XIII
Жизнь проносится, стоит только чем-то увлечься. Календарь может похудеть на месяцы и даже годы. Дело здесь не столько в увлеченности, сколько в отсутствии рефлексии и постоянного соотнесения ожидаемых событий с календарем. Ни выходные, ни праздники больше не важны. Я это понял, когда увидел сообщение от Ольги, которое должно было появиться не раньше, чем через полгода. Между тем, прошло даже больше. Наступила весна. Я не решался открыть сообщение, поскольку не знал, стоит ли это делать. Решил даже проигнорировать и удалить его, не читая, чтобы не отвлекаться, но случайно нажал и открыл.
«Привет. Как поживаешь?» – гласил текст.
Я хотел промолчать, но из вежливости все же ответил. Не стал придумывать какую-то необыкновенную словесную акробатику, поскольку посчитал, что заинтересованный человек все равно ответит практически на любое сообщение, и, если это так, она сама станет заводить темы для бесед, а я буду отвечать, когда будет время, и не более того. Все же женщина мне была нужна. Сильной заинтересованности Оля никогда не вызывала, но от встречи я не стал отказываться. Хотел проверить силу использованного плана из любопытства.
За несколько часов до свидания я гулял по парку и с грустью вспоминал старые видения, в которых присутствовало совершенно незнакомое болото. Оно было настолько огромное, что казалось нереальным. Куда бы я ни кинул взгляд, везде были его бескрайние просторы. На горизонте местами виднелись небольшие островки светло-желтых камышей, в воде тянулась болотная тина, плавали разноцветные водоросли, торчали из воды переломанные коряги и довольно сильно пахло илом. На болоте я был не один. Мы плавали на лодке. Воспоминание прошлых лет ощущалось настолько реально, что в носу застревал запах болота и на какое-то время казалось, что я находился там в момент вспоминания, где было часов восемь вечера, летали комары и всегда было лето.
Даже тогда я уже чувствовал свою важность и значимость для этого мира. Однажды я даже об этом рассказал дома, но мне велели не придумывать ерунду, ведь я был ребенком. Мне сказали, что каждый видит себя важным в этом мире. Затем я вспомнил, что через время рассказал об этом еще раз, но ответ последовал тот же самый. Тогда я решил, что больше не буду об этом рассказывать никому, чтобы не терять чувство важности, которым так дорожил. Как только на меня находило воспоминание, я видел мир в более ярких красках, видел себя как бы над обществом, порой виделось лето, зеленые кленовые листья на деревьях после дождя. Я не растерял чувство значимости с годами. Также порой в голове возникали какие-то отстраненные видения. Их было много. В них я часто был старше своего возраста. Мне было около тридцати, и со мной постоянно была какая-то девушка с белыми волосами чуть ниже плеч. Ее лицо я не помнил, но, кажется, искренне любил ее. Мне безумно хотелось оказаться в том моменте и наплевать на эту жизнь, что бы важного в ней ни ожидалось. Да, меня тянуло в ту счастливую и светлую жизнь, но чувствовалась амбивалентность внутренних порывов: с одной стороны, хотелось убежать туда, с другой стороны – выполнить свою миссию здесь.
– Привет! А ты что тут? – спросила меня Саша, встретив в парке и сразу же перейдя на ты.