— Наша задача: повторить успех Шрайбера. Для этого мы будем проводить перед видеопетлей большую часть дня, вместе и посменно, но не менее, чем два человека. Все, что будет происходить мы будем фиксировать. Для чистоты эксперимента мы не будем пересекаться с внешним миром. Запасы продовольствия на неделю я подготовил. Но мне придется попросить вас сдать ваши телефоны. Это в том числе поможет предотвратить какие-либо сомнения в возможных подделках.
— Отдать телефоны? — Юля нервно заерзала на краешке стула, — как-то меня это смущает…
— Хочешь лишить нас связи и изнасиловать? — мерзко усмехнулся Миха. Мне стоило больших усилий не скривить пренебрежительную гримасу от его отвратительной шутки.
— Послушайте, это не дискуссионный вопрос. Да, мы здесь не ради развлечения, все что будет происходить эту неделю делается во имя науки. И я не хочу, чтобы в итоге наше время, наш труд были скомпрометированы такой мелочью. Телефоны я сложу в ящик и закрою их на ключ. Естественно, что по окончанию эксперимента они будут выданы вновь.
— Просто это не обговаривалось в условиях эксперимента, — Юля звучала виновато, — я с телефоном не расстаюсь, как без рук без него.
Не оставляя возможностей для дальнейших споров, Миха протянул примитивную кнопочную звонилку. За ним и я отдал свой китайский смартфон. Хоть требование и показалось мне излишним, но я не испытывал какой-то зависимости, поэтому смысла протестовать не видел. Наконец, убежденная нашим примером, Юля тяжело вздохнула и протянула старенькую модель айфона. Но это были еще не все плохие новости.
— На этом ограничения не заканчиваютсяс. Для максимальной объективности нам придется отказаться от веществ, хоть каким-то образом влияющих на наше восприятие действительности, — Роман сделал короткую паузу, — в том числе от стимуляторов.
Я слегка опешил:
— Это что, значит, и от кофе?
— Да, в том числе от всего кофеиносодержащего. Я даже сомневался, стоит ли нам пить чай, но раз уж эксперимент еще не начался…
— Минуууууточку! — взревел Миха, видимо, не сразу осознавший весь ужас ситуации, — это что, ты предлагаешь сидеть нам тут как дуракам, уставившись в пустой экран и даже не пить при этом пивка? Да мы свихнемся!
— Мы тут собрались не на попойку, а проводить серьезный эксперимент!
Миха с Романом вступили в ожесточенную перепалку, отчаянно отстаивая свои точки зрения. Миха утверждал, что под такое он не подписывался, и начал угрожать, что при таком раскладе покинет проект. Роман, видимо осознавая, что на троих человек делить смены по парам будет значительно тяжелее, в конце концов нехотя согласился на употребление алкоголя в «разумных пределах», исключительно вечером после завершения сеансов. Воспользовавшись слабостью Романа, удалось также продавить возможность пить кофе и чай. Организатор эксперимента в отчаянии схватился за последнюю соломинку:
— Если запасы чая и кофе у меня дома есть, то алкоголем и не пахнет!
— А вот это уже точно не проблема!
С грохотом Миха водрузил свои рюкзаки на небольшой кухонный стол, покачнувшийся и жалобно скрипнувший. Развязав тесемки, он спустил ткань, открывая всем присутствующим вид на содержимое баулов: бутылки водки, целая батарея банок, а также несколько пластиковых бутылок пива из местной разливайки. Завершали картину разноцветные этикетки алкогольных энергетических коктейлей. Миха галатно подмигнул Юле: «Для милых дам». Видимо, не зная, как реагировать на такую вульгарность, от растерянности она тихонько хихикнула. На лице же Романа царила гнетущая безнадежность:
— Мы… мы же договорились…
— Да не боись, уговор есть уговор, — Миха обнадеживающе шлепнул его по плечу.
Тут подал голос я:
— Прошу прощения… А курить мы где будем?
Роман обернулся ко мне с тоской в глазах, прекрасно представляя, что ждет его дальше.
— Вообще, я не предполагал, что мы будем курить…
Миха издал протяжный стон.
После нового раунда долгих переговоров пришли к выводу, что на лестницу выходить будет опасно, так как возникает риск «непредусмотренных правилами эксперимента социальных взаимодействий», поэтому курить будем на кухне, в открытое окно.
Удовлетворенный добытыми привилегиями, Миха широко мне улыбнулся, и тут же достал мятую пачку сигарет, не дожидаясь, пока Роман, судорожно обшаривающий многочисленные ящики, найдет подходящую замену пепельнице. Я, безусловно, терпеливо дождался, пока стеклянная банка, на треть заполненная водой, была воздвигнута на подоконник, и только тогда с удовольствием закурил, глубоко затягивая горький дым и медленно выдыхая его через ноздри.