Ступив на путь преображения кабинета, я вверил себя некоей логике, которая требовала завершить начатое. Я имею в виду аквариум, что мне пришлось принести в отдел. Стеклянная штуковина хорошо вписалась на полку того самого стеллажа, где стояла клетка с Лимончиком. Я заселил его четырьмя разноцветными рыбками дискусами: красной, изумрудной, синей и пятнистой. Мне пришлось изрядно потратиться на все это, включая водоросли, пару улиток и затонувший фрегат на дне аквариума. «В любом случае, кенаря и рыбок всегда успею забрать домой», — думал я. Мне было важно обустроить отдел, сделать его живым здесь и сейчас, а не когда-то там в будущем.
Мои сотрудники подумали, что, должно быть, я совсем сбрендил. Так и представляю, как Максим Петрович, останавливаясь на улице с каким-нибудь своим знакомым, разводит руками и говорит: «Блажит наш начальник! Блажит!»
Благодаря Ванде слава об апгрейде кабинета быстро разнеслась по всему Дворцу. К нам стали приходить на чай коллеги из других подразделений, что вызывало новые недовольства, но уже со стороны терпеливых Тани и Риты. Агнесса Карловна приносила свое фирменное варенье, Эльвира — кофе. Виталий Семенович — корм для кенаря. Витька ничего не приносил и только ел наше печенье, а Тамара и Фируза заходили покурить у нас на балконе. А однажды в дверях кабинета появился сам директор. Он, по-хозяйски расставив руки в боки, шутил в мою сторону:
— Что это у вас тут — живой уголок? А где же ежики и джунгарики?
— Сидят напротив вас, — шутил я.
— Ремезов, ты расслабляешь отдел, — довольно продолжал Горовиц, садясь в плетеное кресло. — Дай тебе волю — по Дворцу будут крокодилы ползать.
— Не знаю, как насчет крокодилов, — отвечал я, — но если б было возможно, то жирафа бы я завел точно. Однажды я был на одной закрытой вечеринке в Берлине, где был оркестр, оперная певица и один царственный жираф.
Тут директор вспомнил неприличный анекдот про белку и жирафа, а я — те обстоятельства, при которых увидел то стройное животное с удивительно пушистыми ресницами.
Глава XIII, в которой речь пойдет о старом букинистическом магазинчике
Я очень полюбил маленький букинистический магазинчик, который находился у меня во дворе. Не было недели, чтобы я не заходил сюда, чтобы подышать его воздухом и полистать антикварные книги. Здесь была отличная коллекция книг конца XIX — начала XX веков. Я любил периодически что-нибудь прикупить эдакое, как ту карту, которая теперь висела в моей комнате, и множество других предметов, сделавших мое жилище по-настоящему уютным. Но больше всего я любил общаться со старым хозяином магазинчика. Это был приветливый, уже совсем седой мужчина с необыкновенно добрыми глазами и открытой улыбкой. Его звали Андреем Ивановичем. Он всегда радовался, когда я приходил. Старикам разве много надо.
— Не жалко, Андрей Иванович, вам своей коллекции? — спросил я у него однажды.
— Жалко, — признался он, но затем хитро добавил: — Но все это очень редко берут, особенно книги, потому что я прошу за них высокую цену. А если вдруг покупают, то понимаю: значит, пришло время этой книги. Видели бы вы, сколько у меня их хранится дома — ходить негде. Так ведь что мне дома-то делать? Тут все-таки хоть какая-то жизнь, да и потом не в тягость мне это, и денежка небольшая идет.
Милейший Андрей Иванович часто знакомил меня с разными примечательными изданиями и всякими безделицами, которых здесь было великое множество. Это давало мне почувствовать себя настоящим охотником за древностями, попавшим в лавку чудес. Глаза разбегались, но я останавливался на чем-то одном, приберегая остальное для последующих посещений.
Здесь я впервые пристрастился к старинным открыткам и редко уходил, не купив себе какую-нибудь из них. Они заставляли многое додумывать. «А что там за этими лицами: какие судьбы?» — задавался я вопросом. При даже мельком брошенном взгляде мне начинали мерещиться какие-то истории из прошлого, но тогда я еще не знал, что таким образом пробивается на свет история, которая воплотится вскоре во Дворце.
Иногда по выходным Андрей Иванович выносил старые вещицы на блошиный рынок. Туда он ходил и для того, чтобы пообщаться, чтобы дать рекламу своему магазину, расширить сеть клиентуры.