Все занятия во Дворце будут подчинены общему ходу вещей, в соответствии с чем каждый наш воспитанник, пройдя символическое посвящение, прикоснется к различным знаниям-таинствам. И это будет, что называется, игра в долгую. Ребята буду придумывать истории в нашем «волшебном сундучке» и учиться по-разному их представлять.
Все в этом мире состоит из новелл: больших и маленьких, серьезных и ироничных, счастливых и не очень. У каждого из нас есть свои новеллы, которые заплетаются в судьбу, определяя наш характер, привычки и образ жизни. Одни истории яркие, иные серые, у кого-то интересные истории не успевают сменять друг друга, а кто-то увяз в одной и той же и не знает, как оттуда выбраться. Я подумал, как хорошо, если дети будут учиться придумывать свои истории сами. Пусть при этом они смогут примерять их на себя, выбирать, в каких из них им нравится больше. Разве сформированный вкус к хорошим историям не нужный навык в жизни?
В зависимости от числа воспитанников Дворца, прежде всего учитывая их возраст, будут сформированы группы составом не более пятнадцати человек. Дети каждой группы в той или иной мере смогут принять участие в работе пяти мастерских. Необязательно, что ребенок примет активное участие во всех мастерских, достаточно двух-трех. Каждая группа будет трудиться над одной, ну, может быть, двумя историями в году. Причем за основу может быть взято любое известное произведение. Это может быть все что угодно, обязательно лишь — авторское переосмысление. Представляете, по мотивам сочинений Гомера, Сервантеса, Шекспира, Стивенсона, Кэрролла и многих-многих других дети могут создать новые увлекательные истории.
Итак, мастерские.
На слайде появилась старая печатная машинка.
— В этой мастерской дети будут учиться придумывать истории. Они попробуют заново прочесть многие шедевры мировой литературы и впервые открыть то, с чем еще не успели познакомиться. Для того чтобы это сделать, они узнают, что такое композиция, драматургия, писательские приемы… Им предстоит проделать большую и очень серьезную работу по созданию текста.
На следующем слайде на черном фоне в свете прожектора была представлена кукла-марионетка.
— Свою историю дети затем покажут при помощи кукол. Для этого им придется по собственным эскизам сначала изготовить их, а также декорации, затем подобрать музыку, поставить свет, ну и потом, разумеется, оживить своих кукол и дать им свои голоса.
Далее.
На слайде была изображена распахнутая книга с картинками.
— Придуманную историю нужно будет собрать в книгу. Здесь дети выступят корректорами, дизайнерами и иллюстраторами. Они сами сделают буктрейлеры и займутся пиаром книги в социальных сетях.
Дальше.
Слайд представил заводную механическую игрушку.
— Каждая история будет иметь свою экспозицию в музее. Ребята будут делать связанные с ней арт-объекты и сами займутся проведением экскурсий.
И наконец, последний слайд.
На слайде красовалась античная муза.
— В зависимости от способностей детей придуманная история будет обыграна в вокально-танцевальном жанре мюзикла или в варианте драматической постановки.
Правда, здорово получается?
Разумеется, что новая концепция Дворца потребует полного переформатирования нашей работы. У каждой группы воспитанников должен появиться свой куратор, должны возникнуть мастерские, необходимо будет пополнить штат Дворца некоторым количеством новых специалистов, закупить оборудование и материалы. То есть, конечно, нужно будет серьезно вложиться, и даже не столько финансово, сколько духовно, но может получиться очень интересный проект. У меня все.
Я закончил свою речь. По нахмуренным бровям и кислым физиономиям большинства присутствующих я понял, что аплодисментов мне сегодня ждать явно не стоит. В зале стояла абсолютная тишина — все ждали, что скажет Горовиц. Тот смотрел в пол и молчал, о чем-то думая. Затем он громко выдохнул:
— Ну, не знаю, не знаю… Намудрил ты, братец! Намудрил, кстати, довольно неплохо, красиво, но как-то это…
Эльвира скептически качала головой:
— Вы хоть понимаете, сколько это будет стоить? А что, те музейные экспозиции, которые есть сейчас, уже будут не нужны?
— Почему же не нужны, — пытался объяснить я, — все это будет продолжать свою работу…