– Но я вообще не причем, – побелел от страха Ткаченко, – что вы хотите?
– Показывайте, – устало сказал Борис.
Ткаченко подошел к столу, дернул под ним какой-то рычаг, затем достал ломик, с его помощью приподнял подиум, оказавшийся тяжелым люком.
– Подвал под подвалом, – сказал Виндман, спускаясь по крутой лестнице, – интересно.
Там он обнаружил длинное большое пространство, заставленное металлическими стеллажами с коробками, источавшими специфический запах.
– Какая здесь глубина?
– Четыре с половиной метра.
– Удобно да? Экономия на аренде склада и логистике?
Выбравшись, Борис похлопал Ткаченко по плечу.
– За предприимчивость оценка пять с минусом.
– Почему с минусом?
– Потому что мы здесь. Но вопрос неправильный. Правильный почему пять.
– Вин-вин? – Улыбнулся мужчина.
– Что?
– Мы можем помочь друг другу?
– Приятно иметь дело с умными людьми.
Приподнятое настроение Виндмана испортилось по возвращении в офис. Там их ждал Макаров. Он стоял посреди разбросанных бумаг в идеальном темно-синем пальто, и с отвращением оглядывал окружавший беспорядок. При виде его Борис стал мрачен. И помрачнел еще сильнее, когда Макаров тоном старшего брата-придурка принялся излагать «новые» обстоятельства.
Если бы «кое-кто», говорил он, умел делать свою работу, то давно бы выяснил, что поезд в метро стоял всего минуту, потому что машинист проверял тормозную систему пятого вагона, о неисправности которой сообщил датчик. И что именно в эту злополучную минуту «исчезли» пассажиры первого и второго вагонов, и все произошедшее не что иное, как спланированное похищение Дарьи Афанасьевой. Что он, Борис Виндман, просто болван, если до сих пор этого не понял. В довершение своего утомительного спича, Макаров в ультимативной форме потребовал, чтобы Виндман немедленно отправлялся на допрос полицейских и добивался результата, поскольку если результата на этот раз не будет, то для Виндмана это будет означать «конец». На этот раз настоящий «конец».
И поскольку Макаров носил погоны большую часть жизни, он, конечно, не мог не завершить свою речь разрешением задать уточняющий вопрос. Борис все это время копавшийся в ворохе документов на столе, повернулся, и как ни в чем не бывало, заявил, что им с Яковом нужны билеты в Лондон.
– Что? – Не понял Макаров.
– На два дня, – пояснил Виндман, – и еще нам нужна бригада строителей.
После этого Макаров понимающе кивнул и уточнил:
– В Лондон?
– Именно.
– Но почему только в Лондон? А как же парижский диснейленд!
Неожиданно Борис подскочил к полковнику и попытался схватить его за отвороты пальто.
– Ну-ну, – остановил его Яков, а Макаров, с отвращением глядя на Виндмана засмеялся.
– Это что? – Спросил он, обращаясь к Якову. – Новая реприза?
Яков отстранил Бориса от полковника и предложил тому сходить на улицу покурить.
Борис побрел к выходу, под пристальным взглядом Макарова, однако у двери неожиданно обернулся и, подняв палец, хотел что-то сказать, но передумал и вышел на улицу.
На улице Борис пнул металлическую урну, после чего пересек пустынный переулок, миновал тесный заставленный машинами двор, и некоторое время бесцельно брел, куда глаза глядят.
Когда он вернулся из черного входа гостиницы как раз выходили Макаров и Яков. Оба смеялись. Макаров игнорируя Бориса, уселся в свой «БМВ» и быстро уехал.
– Все решено, – сказал Яков.
– О чем ты?
– Наша взяла.
– В смысле?
– Вопрос с Лондоном будет решен. Остальное расскажу по дороге. Идем.
– Куда идем?
– В машину. Поедем на Тухачевского. Нам выделят рабочих.
В машине Яков завел двигатель, и, потирая руки от холода, спросил:
– Ты кто по гороскопу?
– Стрелец, – ответил Борис, не спуская с напарника глаз.
– Думаю, напрямую тебе лучше с Макаровым не общаться. Этот аспект работы я беру на себя.
Глава 31
– Народ! – Крикнул Виктор в темноту. – Если я вам брошу бутылку воды, вы ее поймаете?!
– Бросай! – Отозвался Пустовалов.
– Только не обольщайтесь, там всего пол-литра.
Виктор швырнул бутылку в темноту и вернулся к работе – у него все было рассчитано. Ему кричали, но он не отвечал – экономил силы. Установив зубило под углом в шов между кирпичами, он принялся долбить по нему молотком. Справа в углублении горел факел на самодельной подставке. Виктор не думал, что демонтаж стены займет много времени. Тем более он не собирался разбирать ее полностью – достаточно убрать пару рядов кирпичей.
Через двадцать минут, голова Виктора вместе с факелом, выглянула из проема. Четыре пары глаз смотрели на него снизу.