Прежде чем усесться за «учительский стол», он поздоровался на хорошем русском языке с едва уловимым акцентом, напоминавшем эстонский.
После этого поставил коробку, которую держал в руках на стол и, не представляясь, заговорил приятным обволакивающим голосом, поочередно сканируя каждого своими черными глазами.
– Итак, друзья. Для начала я должен поздравить вас и, отмечу – мы расцениваем это как добрый знак! – Мужчина на мгновение экспрессивно взмахнул руками. – Учитывая, что вы последние из последних, кого удалось спасти. Вы – показали один из лучших результатов эксперимента Турса-Крэннинга и хотя, вероятно это связано с длительностью вашего совместного пребывания, все же ваш уровень социализации дает надежду всем, кому предстоит провести здесь несколько месяцев в непростых условиях.
– Что за условия? – Спросил Харитонов.
– Об этом, – мужчина взглянул на часы, – вы узнаете через сорок минут. Получите ответы на все свои вопросы, но сейчас мы должны провести время с пользой. Можно сказать, эксперимент еще продолжается.
– А может быть, уже хватит? – Предложил Пустовалов.
– Не реагируйте так на это слово, – мужчина встал, прихватив коробку со стола, – по сути это даже не эксперимент, а простое анкетирование. Поймите, ситуация в которой мы оказались, требует от всех большой мобилизации внутренних сил. В каком-то смысле нам повезло дважды. Мы же не просто спаслись, наше спасение здесь обеспечивает команда ученых, собранных компанией «Сизиджи Интернэшнл». У нас здесь физики, медики, микробиологи, инженеры, химики и даже математики…
Пустовалову вспомнился высокий старик, которого они с Виктором встретили на Площади Революции.
– … но люди все разные – молодые, старые, больные, здоровые, с разной степенью подготовки. В ближайшие месяцы нам всем предстоит провести время в тесном контакте друг с другом, претерпевая определенные ограничения, и здесь нам остается полагаться только на себя, на свой опыт и свой уровень, в том числе психологической готовности.
Произнося этот помпезно-пустой монолог, психолог, неспешно перемещался между партами как учитель и оставлял перед каждым на столе простой резиновый браслет. Перед Пустоваловым лежал зеленый.
– Наденьте эти браслеты, – сказал мужчина, стоя ко всем спиной, – и после этого – я попрошу каждого из вас рассказать… или не рассказать – кто как захочет, по одному случаю из вашей жизни, когда вам было по-настоящему страшно.
После этих слов, он развернулся и улыбнулся пустой, лишенной даже намека на искренность улыбкой.
– Кто же захочет такое рассказывать? – Резонно заметила Даша.
– Вы правы, юная леди, пожалуй, никто, но я повторю – это все-таки эксперимент и мы здесь, увы, не на отдыхе. От нас всех требуются усилия. Разумеется, вы можете не рассказывать, и даже рекомендуется не рассказывать, если вы искренне этого не хотите, но я все же настоятельно прошу вас прислушаться к себе. Любой итог будет учтен при вашем распределении в убежище. Как профессиональный психолог, я обязан рекомендовать лучший вариант и при прочих равных, при внутреннем молчании вместо ясно услышанного ответа, лучшим выбором будет сделать над собой усилие и рассказать. Это не просто элементы групповой терапии. Если хотите, это обряд инициации.
– Обряд чего? – Спросила Катя.
– Это когда член отрезают. – Пояснил Харитонов.
– Нет-нет, все это влияет лишь на степень вашего психологического комфорта при пребывании здесь. Мы формируем группы по разным параметрам, в том числе по уровню психологической совместимости. Но очень важная вещь! Если не хочется – то есть действительно не хочется, а не, потому что скажем стыдно, неловко, но при этом все же есть потребность поделиться – то рассказывать, действительно не стоит. Тогда, ваша степень психологического комфорта тоже может измениться. Прислушайтесь к себе. Услышанный ответ будет самым верным решением.
Пустовалов не верил, что кто-то поведется, на эту дешевую демагогию, он чувствовал во всем этом какой-то подвох, но Виктор неожиданно подал голос.
– Я могу рассказать, – произнес он, снова вооружившись своей новой защитной полуулыбкой, – тем более это случилось совсем недавно, буквально перед тем, как я оказался в метро.
– Очень хорошо, – оживился психолог, усаживаясь за стол, – надевайте браслет и рассказывайте. Только одна маленькая просьба. У нас всего полчаса. Акцентируйте сразу на том, что вас больше всего напугало, что заставило испытать самые негативные эмоции. Вспомните это состояние, почувствуйте его в себе.