Вместе со вновь примкнувшим к ним Яковом троицу оттеснил авангард в лице полковника Макарова и командиров спецназа. Широкий тротуар наводнили темно-синие микроавтобусы, к которым со стороны шоссе подбиралась колонна броневиков «Каратель» и «Викинг».
Пока в дверь, прячась за щитом, звонил спецназовец, с двух сторон КПП по приставным лестницам перебирались «крокодилы» – крупные фигуры в черной форме и футуристичных шлемах с гофрированными трубками. Вскоре, Борис услышал знакомые, рвущие нервы крики, перемежаемые матом. Когда открылись ворота, вся армада «Карателей» и «Викингов» на бешеной скорости рванула на территорию завода, за ними Борис даже не сразу разглядел пару тел в снегу с широко раскинутыми ногами, которых уже допрашивал Макаров в компании серьезных мужчин. Один из них выпрямившись, что-то крикнул и группы «крокодилов» разбежались к близлежащим строениям. Небольшую комичность внушительному действу придавали лишь радиоуправляемые машинки, несущие на своих кузовах пулеметы Калашникова.
Борис поднял голову, и увидел, как несколько дронов разлетаются над заводом. Он шагнул было к воротам, но Яков удержал его.
– Снайперы? – Догадался Виндман.
Яков кивнул.
– Детский сад. – Флегматично заметил старик.
Тем временем на завод прибывали новые силы. Взрывотехники, бронетранспортеры, машины МЧС с логотипами «Центроспаса», «Медицины катастроф» и много другой загадочной техники.
Только через час, когда беглый обыск не принес результатов, троице разрешили войти, и Борис увидел, что от завода «Металлпресс» мало что осталось. По краям внушительной территории еще возвышались остовы цехов, включая огромный вытянутый сортопрокатный цех, но в целом пространство завода представляло собой укрытый снегом лабиринт из голых недоразрушенных стен, колонн, бетонных оснований печей, лестниц, обрывающихся прямо в воздухе. Среди лабиринта пизанской башней кренился чудом сохранившийся тринадцатиэтажный лифтовый канал с примыкавшими к нему лестничными маршами. Еще был цел внушительный шестиэтажный административно-бытовой комплекс, азотно-кислородная и водородная станции, офисный центр с выбитыми стеклами, частично разрушенный сталепроволочный цех и цех прокатки нержавеющей ленты. Всего здесь было около десятка видимых строений, но все они в лучшем случае представляли собой коробки из голых лестниц, стен и перекрытий, засыпанных снегом по пустым площадям которых гулял ветер. Бориса обнадеживали только видимые провалы, под главным цехом. На месте же большинства бывших построек и того не было – только заснеженные пустыри с метелками кустов и осколки стен.
На заводе обнаружили всего троих охранников и несколько рабочих с прорабом, управлявших демонтажной техникой. Ни о каких похищениях они ничего не знали, ничего путного сообщить не могли и, в общем-то, оснований не верить им не было.
Тем не менее, на завод продолжали прибывать силы. Поиски перешли на новый уровень. В ход пошли тепловизоры, телевизионные системы и даже акустические приборы. Появились автомобильные детекторы – машины-«каблучки» с загадочными устройствами на крыше. Вскоре Борис с изумлением увидел как в ворота грозно рыча, въезжал тягач на базе «Камаза» с огромным металлическим буром, напоминавшим ракетную установку.
Борис узнал передвижные криминалистические лаборатории – с ними он имел дело, правда, не такими новыми. По территории завода разбрелись кинологи с овчарками, и группы людей в наушниках, вооруженных выпуклыми трубками, напоминавших бластеры из фантастических фильмов.
Одновременно по межведомственным запросам «подняли» документы. На территорию доставили представителей нового собственника и инженеров. Из Московской области даже привезли восьмидесятипятилетнего старика – главного инженера завода еще при союзе.
Проверили тесные подвалы, заваленные вековым хламом и пылью, вскрыли ржавую заваренную гермодверь бомбоубежища – хотя по внешнему виду было понятно, что эти помещения давно не использовались никем кроме тинейджеров, увлеченных диггерством. Подвальные помещения оказались не такими внушительными и глубокими. Никаких тридцати шести метров в глубину здесь и близко не было.
К вечеру основная волна схлынула, стало понятно, что на заводе ничего нет и основная версия сместилась в сторону предположения, что звонивший использовал это место лишь как временное укрытие или для пуска по ложному следу. Проверялись системы видеонаблюдения, начались допросы и проверки с помощью «Безопасного города». До Бориса дошла информация, что попытка идентифицировать звонившего пока не увенчалась успехом, что укрепляло новую версию.