– А чем?
- Пап…
- Ладно-ладно, – подмигнул повеселевший от хмеля отец, – проверка. Выдержал, молодец.
Борис перехватил пустой взгляд дяди Егора, который за время ужина едва ли произнес больше пары слов, и вдруг что-то смутное темное шевельнулось в памяти.
- Дядя Егор, – обратился к нему Борис, –вы ведь, преподавали курсантам маскировку?
- Тема двадцать пять! – Зычным командным голосом выпалил дядя Егор. – Основа тактической маскировки техники и личного состава!
Мальчики засмеялись от командирского голоса, но кроме них шутку дяди Егора никто не оценил.
– И правда, что вы никогда не ставили «пятерок»?
Дядя Егор крякнул и улыбнулся, погладив седеющие усы. А затем, совершенно неожиданно и к всеобщему удивлению, многословно заговорил – это было так непривычно, что все разом повернули к нему головы, включая собственную жену. Она казалось, была удивлена больше других.
– Главная проблема в том, что все ее недооценивают, – сказал дядя Егор, намазывая кусочек багета маслом, – даже когда им прямо говоришь, что маскировка на шестьдесят процентов повышает вероятность выживания в бою, они все равно не воспринимают это всерьез. Пролетает мимо ушей.
Дядя Егор зачерпнул ложку с красной икрой и склонился над столом, поглядев на Бориса.
– Побеждает тот, кто понимает ее истинный смысл. – Продолжал он еще тише. – За двадцать пять лет я встречал только двух курсантов, которые поняли, что замаскировать БТР за три минуты невозможно. Только эти двое получили свои честные пятерки. Нет, конечно, я ставил пятерки и тем, кто их не заслуживал, иначе меня бы отправили в запас раньше времени. Но только эти двое. Только эти двое получили их заслуженно. Я даже фамилии их помню.
– А что они сделали? – Спросил один мальчиков.
Дядя Егор флегматично улыбнулся.
– А к этому, сынок, ты должен прийти сам, иначе… Ты хочешь быть хорошим военным?
– Он хочет быть стримером. – Пояснил его брат.
– Кем?
– Летсплейщиком.
Дядя Егор приподнял брови, но Борис вернул его к разговору:
– Скажите, дядя Егор, а возможна такая маскировка, которая на сто процентов способна обеспечить выживаемость?
Дядя Егор покачал головой.
– Выживаемость обеспечивается не только маскировкой. Это всего лишь один из факторов. Для рождения ребенка важно здоровье родителей, но только здоровья недостаточно, верно? Нужны ведь еще какие-то действия?
– Я понимаю, это звучит странно, – продолжал Борис, – но если представить, что кто-то или что-то не ограничено ничем. Вообще ничем… то, что он или оно должно сделать, чтобы с помощью маскировки гарантировать себе стопроцентную выживаемость?
– Выживаемость от чего?
– От всего. От любой угрозы.
– Гм. – Дядя с подозрением посмотрел на Бориса.
– Ну, хватит, Боря, – одернул его отец.
Борис кивнул, а дядя Егор кроме этого «Гм» больше ничего не сказал до конца ужина. Борис чувствовал себя несколько виноватым – возможно дядя подумал, что он как-то замысловато пытался подтрунивать над ним. Во всяком случае, вряд ли причина того, что он перестал раздавать свои флегматичные улыбки, заключалась в серьезных раздумьях над вопросом Бориса.
Только после ужина, во дворике, куда вместе с курящим отцом и дядей Егором вышел Борис, чтобы поглядеть в зараженное небо, дядя Егор повернулся к нему и неожиданно сказал:
– Он должен уничтожить место.
– Кто? – Поначалу не понял Борис. – Астероид?
– Ты спрашивал, если кто-то не ограничен ничем, что он должен сделать, чтобы гарантировать стопроцентную защиту с помощью маскировки? Так вот, он должен уничтожить место поиска.
Отец серьезно посмотрел на брата.
Виндман озадаченно усмехнулся.
– Но ведь… он же тогда и себя уничтожит?
– С чего ты взял?
В дядиных глазах Борис впервые увидел ум наставника, терпеливо ждущего рождения инсайта в своем лучшем ученике.
Борис сначала почувствовал, а потом увидел, как в глубине сознания в одном из самых темных закоулков под ворохом старых газет задёргались короткие мускулистые лапки, а следом раздался хрип пробуждения, который скоро перерастет в оглушительное тявканье.
Брови Бориса сдвинулись, образовав на переносице вертикальную морщинку.
– Уничтожить место? – Повторил он.
– Нет места – негде искать.
Борис медленно поднял голову и посмотрел на небо, а затем вдруг сорвался с места, напугав отца.
– Ты куда?! – Закричал отец.
– Мне надо отъехать! – Раздалось уже из-за ворот. – Спасибо, дядя Егор!
Только выруливая на Горьковское шоссе, Борис отыскал в кармане куртки смартфон и вздохнул с облегчением – он знал, что пес не позволит ему вернуться.