Лежа на первой кровати в кромешной темноте, запретив всем болтать, он пытался теперь среди храпа разобрать хоть какие-то звуки за толстенной металлической дверью. Минуты текли, он чувствовал напряжение в груди, хотя редко реагировал на раздражители.
Ему опять с трудом верилось, что Пустовалов придет за ним. Он понятия не имел, как тот все провернет, ведь их блок закрывался на ночь дистанционно, а его вместе с подчиненной ему группой дополнительно запирала дежурная смена охраны. Круглая «банковская» дверь толщиной в полметра с пятью засовами. Когда ее закрывали, он всякий раз думал, что будет, если ее не откроют утром. И дверь и стены здесь были такими толстыми, что казалось, за ними ничего нет. Пройдет день, два, неделя. Вода, допустим, есть в туалете, но что дальше? Начнут ли они сходить с ума, и нападать друг на друга?
Пустовалов конечно хитрый черт, но не волшебник. Как он сможет войти? Как пройдет мимо дежурной смены охранников? Трудно представить, чтобы он в одиночку штурмовал целый блок, но даже если у него получится – ведь дураку понятно, что при таком раскладе всех поднимут на уши и далеко им не уйти. Уходить надо днем, когда они находятся за пределами блока, на работах.
В конце концов, Харитонов посмотрел на светящийся циферблат часов и решил, что Пустовалов не придет. Кинул он его, скорее всего, а посулил помощь только для того, чтобы Харитонов его не сдал. Разумно, ведь убийство папы наделало бы много шума. Ух и хитрый сукин сын!
Харитонов перестал смотреть в темноту и закрыл глаза. Черт с ним, с Пустоваловым. Напряжение начало отступать. Оно даже и к лучшему. Может быть, он все-таки сделает карьеру здесь? Но тут послышался металлический лязг. Харитонов повернул голову – да, точно, отпирают дверь. Теперь уже громкий стук, свет фонаря. Неужели… Нет, на пороге охранники, крупные, незнакомые. Грубый голос.
– Харитонов!
– Я.
– Поднимайся. К начальнику.
Такого Харитонов не предполагал и сразу почувствовал, что вариант этот совсем плохой.
Он послушно поднялся, быстро надел форму и кеды. Вышел. Его тут же ударили прикладом по спине и сразу же в живот. Охранники были высокие крепкие.
– Руки за спину! – Рявкнул полицейский голос. – Лежать, бл..!
Харитонов молча подчинился. Ложась, он увидел и двух охранников из дежурной смены, с интересом наблюдавших за происходящим. Один из них был рябой Данила – он раньше работал в белорусском спецназе.
– Че он натворил-то? – Спросил Данила, но ему никто не ответил.
Бойцы скрутившие Харитонова были из другой силовой касты, они носили черную форму вроде той, которую стырил Пустовалов и не общались на равных с простыми охранниками в блоках.
Неожиданно Харитонов ощутил сильный удар и даже не сразу понял – кто-то весом не меньше ста двадцати килограммов рухнул на него, и что-то железное твердое больно ткнуло в лопатку.
– Паш, ты че? – Послышался низкий голос и сразу раздался еще один глухой удар.
Так падает оглушенная скотина.
Харитонов на этот раз услышал характерный хлопок.
Когда повалился третий охранник, он поднял голову. Пустовалов материализовался в коридоре, только когда в живых оставался один Данила, который пятился, наступая прямо на Харитонова.
Лицо Пустовалова под открытым забралом было спокойным – брови привычно приподняты, он шел быстро, слегка пригнувшись, профессионально сжимая в руках бесшумную винтовку «Винторез-М».
Харитонов застал ту секунду, когда Пустовалов переводил ствол с только что упавшей жертвы на Данилу.
Вот и все, Данила, промелькнула в голове Харитонова мысль, одновременно с хлопком. В следующую секунду мертвые глаза Данилы оказались прямо перед его лицом.
Пустовалов осмотрелся, не разделяя линию ствола с линией зрения. А затем уверенным движением снял с Харитонова наручники.
Харитонов переодевался в форму охранника, которого Пустовалов убил выстрелом в переносицу – того самого, который рухнул на него. Переодеваясь, он смотрел на трупы и думал, что с карьерой здесь теперь точно покончено. Мысль, о том, что это ни капли не заботило его, повеселила Харитонова.
Переодевшись, Харитонов забрал у мертвого спецназовца автомат Калашникова, подсумок с магазинами, пистолет и красную карту, после чего они направились к выходу из блока, слушая за спиной треск рации.
– Они ведь в курсе уже? – Спросил Харитонов.
Пустовалов кивнул и обеспокоенно оглянулся.