-Обзывайся сколько душеньке угодно, краля. Всё одно я твою душеньку моему господину скормлю.
-Это мы ещё посмотрим.
-И смотреть нечего. У меня здесь тайное местечко есть, уже недалеко. Вот только лес проедем.
-Всё равно тебе конец. Гийом тебя где угодно достанет.
-Это вряд ли. Он хоть и уникум и среди дня гуляет, да за меня один из самых мощных князей тьмы, а твой кровосос сам по себе.
-Гореть тебе у твоего же князя на сковородке.
-Э, нет, лапочка. У меня к нему билет в мягком вагоне. Так-то вот.
-Дурак, он и в аду дурак.
-Что-то ты разболталась не в меру. А ну, заткни язык, девка, а то вырву.
Альбина, не имела возможности смотреть в окно, но то, что звуки преследующих по началу машин смолкли, пугало до колик в животе. Неужели их потеряли из виду. А здесь в турлах кто ж её найдёт? Всё что ей было видно из того положения в каком она лежала, это вершины поредевшего леса в сгущающихся сумерках, да бледный лунный диск в дымке рваных облаков. Никогда она не считала сумерки зловещими. Ей нравились закаты и сумерки тоже. Но сегодня дрожь пробирала и хотелось тоненько так завыть, как, наверное, делают волки. Интересно, Янис тоже воет на луну?.. И о чём это она, балда? Хоть бы они её нашли, хоть бы Гийом что-нибудь придумал. Только не Яша, ему нельзя, никак нельзя. Что-то там Катерине снилось про неё? А вдруг правда? Как же тогда дети без неё? Помолиться надо. Яша же учил, а она… вот дура. На ум пришла только молитва «Отче наш». Вот с таким небольшим багажом она и ехала остаток пути. Читала то молитву, то просто повторяла «пожалуйста, пусть ребята меня скорее найдут».
«Бинэ!» -вдруг прозвучал в её голове голос Гийома. Альбина бы дёрнулась от неожиданности, если б могла двигаться. «Бинэ, скажи мне мысленно, как ты и где?» Губы её машинально открылись. «Мысленно» вовремя вспомнила она.
«Не знаю. Машины ехали следом, а теперь отстали. Какая-то просёлочная дорога. Был лес, а теперь редеет. Гийом, у него тут где-то какой-то тайник, сам сказал. Я не знаю где мы!»
«Зато я уже знаю. Говоришь, лес заканчивается? Отлично. Амулеты на тебе? Он ничего не снимал?»
«Нет, один из них так шею режет. Я не могу пошевелится и ничего поправить.»
«Потерпи. Ничего не бойся»
Она буквально почувствовала, как он будто тихо дверь прикрыл и поняла, что уже не сможет ему ничего сказать. И так сразу стало тоскливо и снова страшно. Немного погодя машина, подёргавшись взад-вперёд, заехала на какой-то небольшой холмик и остановилась. Мотор заглох и Герман вышел на улицу. Он покопался в багажнике, потом открыл заднюю дверь и бесцеремонно выволок её за ноги наружу. В последний момент правда подхватил за талию. Перекинув её себе на плечо, подтянув сумку, он двинулся к каким-то развалинам. Останки церковных стен из красного кирпича заросли травой, в том числе крапивой. Внутри было на удивление почище, вытоптанная сухая земля, усыпанная битым кирпичом, хлопьями штукатурки, песком. Отсутствующую крышу заменяло небо, освещённое ночным светилом, провалы в остатках стен также заполнял лунный свет, было сумрачно и как-то таинственно, но вполне видно. У места бывшего алькова колдун остановился. Расшвыряв носком ботинка мусор, Герман ногой же пнул какой-то блок. В земле с гулом и шорохом падающих в подземелье камней и песка, сдвинулся с места старый люк. Герман, включив фонарь, шагнул на пару ступеней вниз, но тут люк застрял. Движение заклинило что-то невидимое колдуну. Он злобно пнул люк пару раз, но тот не только не поддался, но и стал возвращаться на место. Выругавшись и выскочив обратно наверх, Герман грубо сбросил на камни Альбину и сумку. Снова включил фонарь и наклонился к люку, проверить механизм и попробовать сдвинуть его обратно. Тратя силы, он пыхтел, злился, ругался, торопился. Стемнело. Он понимал, что вампиры уже проснулись и придут на помощь оборотням. Освещая себе то открывающийся на немного проём, то снова закрывающийся, колдун хуже видел то, что происходит вокруг. А тем временем его окружили тени. Много теней. Сверху по кругу густо посыпался мел вперемежку с сухой травой. Очень быстро белой полосой он ложился, замыкая круг. И это уже Герман заметил, хоть и поздно. Он резко дёрнулся, осмотревшись по сторонам. По бокам от него и от круга стояли Янис и Юн Чанг, сзади Стас. Недоумевая откуда сыплется мел, маньяк задрал голову и тут из ниоткуда в воздухе материализовался Гийом. Он плавно спланировал на землю, снаружи круга, в торце бывшего алькова. С противоположной стороны у бывшего входа также из темноты возникли Алессио и Елена. Едва коснувшись земли, они резко метнулись в стороны.