Она зажмурилась, потом медленно открыла глаза, уставившись на него.
-Умоляю, steletta mia! Не смотри на меня, как на доисторическое ископаемое. Поверь, есть и более древние, нежели я. И, пожалуйста, не говори, что это помешает тебе со мной общаться.
Он добавил в свой голос наигранного волнения, хотя в глазах мелькали смешинки. Альбина поддержала его игру.
-Не знаю, не знаю, что-то голова закружилась от такой цифры… Ни фига-то себе-то, Гийом! Даже теряюсь сказать, то ли мне льстит и мне возгордиться от того, что такой субъект мной заинтересовался. То ли надо испугаться по-настоящему?
И тут он совершенно серьёзно ей ответил:
-Клянусь, Бинэ, я искренен с тобою. И я никогда не сделаю ничего во вред твоим детям или друзьям. Дети для меня вообще священны и неприкосновенны.
-Это для всех вампиров так?
-Не знаю. Но для меня да. Всегда очень хотел детей и всегда знал, что у меня их никогда не будет… Знаешь, у меня ведь есть приёмная дочь. Правда она уже взрослая и замужем.
-Да ты что?! Вот это да! А говоришь, не реально. Ты её удочерил? А она тебя не боится?
-Она была дочерью моих друзей-врачей из Сербии. Во время войны, их дом разбомбили. Они погибли, а Соланж выжила. Я вытащил её раненую из-под обломков. И она видела, как я раскидывал бетонные плиты, чтобы добраться до неё. Так что она с самого начала знала кто я.
-Здорово, что ты солнца не боишься. Постой. Я поняла до какой степени ты для своих опасен: ты же не спишь днём и можешь уничтожать их, когда они не могут защититься. Такая лёгкая добыча.
Лицо вампира стало совершенно непроницаемым и хмурым.
-Это так. Но, скажи, ты в самом деле считаешь, что я могу опуститься до подобного избиения младенцев? Я как никак дворянин и честь для меня не пустой звук, Альбина. Факт, конечно, на лицо. И была пара случаев, когда я этим воспользовался. Более того, те, с кем я так поступил, заслуживали подобной участи. К тому же от меня требовали такой расправы члены нашего Совета. Но... я достаточно силён, чтобы сталкиваться с вампирами и прочими нелюдями нос к носу, а не прятаться под покровом дня. И, кстати, мне не так уж часто попадает по носу. Редко кто мог со мной быть на равных.
Она поняла, что он оскорбился. Всерьёз.
-Я не подумала. Прости.
Герцог, а сейчас он как нельзя более походил на дворянина полного достоинства, нахмурился ещё больше.
-Ты не могла знать. Я обвинил тебя опрометчиво. Откуда тебе знать про кодекс чести или про что-то подобное. Да и меня ты знаешь не настолько хорошо.
-Но ты не похож на подлеца, и я могла догадаться, что ты вряд ли себя так ведёшь. Ещё раз, прости.
Лузиньян подхватил протянутую ею руку и прижал к своим губам.
-Да. Хотя не за что прощать.
Альбина решила пойти по пути наименьшего сопротивления и сменить тему кардинально. Ну не переносила она конфликты. Она улыбнулась.
-Как ты себя назвал? Мету...
-Метузела, иначе Метушеллах. Он изначально преследовал нечисть, тех, кто угрожал смертным. А кроме того был долгожителем.
-И само это слово пугает твоих собратьев?
-Чаще да, чем нет. Хотя таких, как я, думаю, единицы. Я лично не встречал. А уж другие вампиры и подавно. Те из них, кто узнавал о том, кто я есть, как правило, больше никому ничего не могли рассказать.
Альбина нахмурилась - выходит, всё же он их уничтожал. А говорил, редко. Как же это понимать?
-Ты их убивал, насытившись?
-Я их казнил. Я изначально воюю с теми из них, кто представляет угрозу для смертных. Просто так ради пищи я пью их кровь только с их согласия и только у тех, кто знает мою страсть. Кровь сородичей для меня как изысканный десерт, дорогое коллекционное вино. Потому и употребляю её редко.
-А Игнат и Яша это знают?
-Игнат уж точно знает, я же его создал. И, зная моего ясновидца, уверен, что Коршун не в курсе.
Она кивнула, понимая.
-Я к тому, отчего Яша тебя со мной так запросто оставил. Обычно он более подозрителен.
Вампир, пожав плечом, предположил:
-Возможно, они и пообщались на эту тему. Но вообще-то Игнат крайне молчалив.