У дверей ягуара гостя, вампир их провожавший, склонился и произнёс:
-Моё почтение, ваша светлость.
Гийом сел за руль.
В гостинную Сильвестра вернулся Шеин. Увидев, что его господин сидит на диване возле Елены, он сел напротив.
-Очередной ребус – где герцог, там сплошные загадки, - забросил крючок хитрый сыскарь.
Одна рука Сильвестра была закинута на спинку дивана и машинально накручивала на палец и распускала завитки Елениных локонов. Пиджак он снял, оставшись в одном жилете.
-Что с управляющим моим будем делать? Ежели он так будет язык распускать, какое ему может быть доверие? Вот же дурище, а?
Граф, тайных дел мастер, скривился.
-Мозги промою, напомню, в каком они у него месте, одумается и ещё рьяней служить станет. Так-то он толковый малый, аль не знаешь сам? Что уж зараз профессионалами швыряться? Башку с плеч завсегда успеется.
-А герцог-то хорош. Ить чувствовал мой зад, что не так он прост. Вот же послали небеса учителя.
-Тьма.
-Что?
-Тьма, а не небеса.
Сильвестр промолчал. Он был зол сам на себя, что выражалось как раз в мрачном взгляде и раздражённой манере говорить. В присутствии друзей он не считал нужным сдерживаться или скрывать эмоции.
-Не знаю, как вы,- тихо произнесла Елена,- но я хоть и чувствовала в нём эту скрытую силищу, и то поражена. Мы столько раз встречались в самых разных ситуациях, он часто выручал нас. Он не бросил нас с тобой, когда сгорел мессир Антуан. А ты … вот ты никогда меня не слушаешь, а после жалеешь.
Князь вздохнул, притянул её голову за волосы к спинке дивана и чмокнул в лоб.
-Наваждение, малютка. Самоуверенность моя, как всегда. Ты знаешь, я умею признавать ошибки. Но я никогда не думал, что он расскажет свои тайны.
Она нахмурилась, глядя на него.
-Теперь рассказал. И как тебе?
Он промолчал, потом мотнул головой, отгоняя тяжёлые мысли.
-Хреново, душа моя. Ой, хреново. Как думаешь, простил?
-А что он сказал тебе на ухо? Что показывал? - спросил Шеин.
Его господин медленно и отрицательно покачал головой, глядя в одну точку.
-Ежели скажу, какой был смысл шептать это лишь мне?
-В таком случае, он тебя простил,- резюмировала Елена.- Ведь он доверил тебе эти тайны.
-Не заблуждайся. Ой, не заблуждайся, душа моя. Он как всегда хитёр и коварен: ведь ежели ещё кто прознает, стало быть я проговорился.
-Вечный твой пессимизм, батенька, - скорчила она кислую гримасу.- Давай-ка лучше труби в трубы, да собирай народ. Дел полно, а светает рано. Да, и Константину позвони. Аль забыл?
Она вышла, поманив за собой и графа. А Сильвестр снова задумался, плеснув себе самогоночки в бокал из под вина. Его невольно передёрнуло – Гийом истинный ужас его собратьев. Метузела! Разве из ныне живущих вампиров хотя бы сотая часть верила в то, что каннибалы вампиров существуют? О нет, сколько ещё в нём тайн? И он помимо всего, глава карателей! Что могло быть хуже-то? Глава клана карателей – каннибал среди вампиров... и он не спит никогда! Вот кто истребил мятежную оппозицию Совета в своё время. Ведь все думали, что во всём виновата инквизиция, поскольку большинство из них были убиты днём. И … о нет, лучше не углубляться во все «если». Вот уж поистине – за завесой тайны открылась просто жуткая истина. Не буди лиха, как говорится. Интересно, каковы вампиры, обращённые врождённым вампиром? Сильнее ли они обращённых обычным вампиром? Как же ловко герцог и старейшины колдунов всё обыграли и столько лет скрывали истину: тремеры – не искусственные вампиры, как все считали. Это многое объясняет, это усиливает их многократно. Сильвестру стало не по себе, ему стоило огромного усилия закрыться от всех своих подчинённых, чтобы они не почувствовали это. Но, с другой стороны, Гийом - один из самых справедливых вампиров, известных ему. И он всегда защищает тех, кто ему близок, если только его не предают. Тогда уж пощады точно не жди. Расправа нагрянет неотвратимо и крайне жестоко, да ещё и показательно. Слыхали они о таких. Он выкормил и обучил его с Еленой, когда их создатель погиб. Пусть в память об их дружбе, а не из личной привязанности, но воспитал их именно он. И он не переманивал их в свои ряды, а дал возможность самостоятельно себя реализовать. Он выдвинул его кандидатуру на этот пост перед Советом вампиров, пусть даже и из собственной выгоды. Что наверняка. Он же защитил его, когда нависла угроза. Значит, Гийом всё ещё доверяет ему, ценит его. А он… Сильвестру стало совестно. Стыд давно оставил его, но сейчас что-то вроде именно этого чувства пришло на смену страху. Он вспомнил глаза Лузиньяна и понял: тот всё видел, читал в его мозгах, несмотря на мощный барьер, который выставил Сильвестр. Одно слово колдун…и змея. Откуда в нём это змеиное? Магия? Древняя? В нём сегодня явственно чувствовалась змеиная сущность. Это-то откуда? Почему Гийом снова напомнил ещё и об этой его стороне? Чтобы запугать ещё больше? Или дать понять, какая силища на самом деле их поддерживает?