Весь вечер они проболтали о всяких мелочах, об учёбе Павки, о новых щенках Герды… и ни слова о Громе. Каждому из них было понятно, что ещё трудно и тяжело вспоминать обо этом, поэтому они просто молчали, когда в раз посмотрели в сторону одинокого дерева.
Глава 16.
Как Павка и обещал, он при первой возможности приходил или приезжал к Мее в течении следующих двух лет. Это были встречи глубокой дружбы. Дружбы с детским дурачеством, ссорами, спорами, тихими беседами, с милыми прогулками и… …и с первой ревностью.
- Мея! Мея! Да, стой же ты! – кричал Павка, пытаясь догнать Мею. – Куда ты?
- Домой. – сердито пробубнила она, направляясь прямым шагом в сторону дома.
- Мы ж с тобой, итак, два месяца не виделись из – за посевов. А сейчас июнь заканчивается, и вовсе трудно мне будет вырваться. Сенокос начнётся. – на ходу говорил он, уже поравнявшись с ней. – Ты можешь остановиться?
- Нет. – нахмурив брови, ответила она и, остановившись, строго посмотрела на него.
- Ого! Что за грозный вид? – улыбаясь спросил он и попробовал изобразить джентльмена. – Можно вернуть Ваше прекрасное настроение и улыбку на Ваше личико?
- Пусть тебе Наташка улыбается. – фыркнув произнесла она и пошла дальше.
- А Наташка то здесь при чём? – рассмеявшись, спросил он и побрёл снова за ней. – Да, стой же ты!
- При том. – произнесла она, когда он схватил её за руку и встал напротив. – Она же лопается от смеха, когда ты что – то рассказываешь.
- Дак она всегда смеётся. Я то что сделаю? – пожав плечами и усмехнувшись, произнёс он. – Мне что на километр от неё отходить, чтобы она не слушала, что я говорю.
- Ну, да. На три километра. – пробурчала Мея, снова продолжа свой путь. – Смотрю не сильно – то ты от неё убегаешь. Со мной быстро распрощался и её провожать пошёл.
- Да, с чего ты это взяла? – удивляясь и в то же время с накатывающим чувством теплоты в душе, спросил он.
- Галя видела. Сказала, ты меня довёл и её провожал потом. – пояснила она, не пытаясь что – то скрывать.
- Да, не провожал я её! С тобой попрощались и я побежал до Кольки. Я ж тебе говорил, что он меня на мотике отвёз. Она перестрела меня сама. Говорит доведи, да доведи. Страшно ей. Темно. Ну, я и дошёл с ней и сразу до Кольки. – пояснил Павка, улыбаясь в душе Меиной ревности.
- А она сказала, что вы целовались! – резко остановившись, выдала Мея.
- Кто? Галя сказала? – выпучив глаза, спросил Павка.
- Наташка твоя!
- Да, не моя она Наташка. Врёт она! – возмущённо пояснил он и, нежно посмотрев на Мею, добавил. – Ты ревнуешь что ли?
— Вот ещё! – нахмурясь, выкрикнула она и пошла дальше. – Целуйся с кем хочешь.
- А с тобой можно? – загадочно улыбаясь спросил он, уже догнав её у ворот и преградив путь.
Лёгкий жар прилил к лицу и Мея почувствовала, как её сердце начало стучать со скоростью света. Удивление и страх ворвались в её мысли, сбивая с ног необъяснимое оцепенение. Испугавшись того, что ей постоянно приходило в голову в последнее время, она решила быстро забежать домой, ничего не говоря. Взявшись за ворота, она хотела уйти не попрощавшись, но Павка задержал её.
- Вот, ты дурочка. – тихо, с нежной улыбкой и теплотой в голосе, произнёс он. – Я ж к тебе хожу, а не к кому – то. У меня ж у любой дороги, которую я проеду, пройду пешком, проползу, одно название – к Меи.
Глава 17.
Не трудно представить, как грели душу Меи те слова Павки. В ожидании каждой встречи, её сердце билось от радости и, казалось, мир растворялся вокруг. В то лето Павке всеми мыслимыми и не мыслимыми способами хоть раз в неделю удавалось встретиться с Меей.
Их дружба переросла в тёплую и нежную привязанность, которая золотыми нитями расшивала в их душах и сердцах любовь. Любовь, которую они ещё боялись выпустить наружу.
Прижавшись к стволу одинокого дерева, Мея слушала шум опадающей листвы и делала глубокие вдохи. Прибежав раньше Павки на назначенное место, она старалась восстановить дыхание, но никак не могла успокоить биение своего сердца. Беспокойно колотясь, оно хотело вырваться из груди и бежать ему на встречу.
- Мея! Ме – яяяяяя! Мееее – яяяя! – кричал Павка, перебегая через ручей и махая руками.