- Ну-с, показывайте Господин Наритан, где больной, - проговорил лекарь, скидывая дорожный плащ на руки помощнику, который быстро оглядевшись, пристроил его на вешалку.
- Прошу, - двинулся в сторону коридора Ханар, приглашая следовать за собой. - Извините за бардак. Не упокоенный дух порезвился, пока я был занят важным экспериментом.
Хозяин дома испытывал не шуточный дискомфорт, когда вел посетителей мимо отметин на стене и битых горшков, но господин Парай, в отличие от его побледневшего ученика, оставался спокоен. Лишь дойдя до запечатанной двери и вскользь взглянув на линии на полу, поинтересовался:
- Значит, это призрак наложил проклятие на мальчика?
- Нет. Дух местный, вроде охраны, - маг бросил взгляд на Лету, которая, полная любопытства и нетерпения, замерла чуть в стороне от их троицы, - просто не любит чужих. То, что поразило мальчишку, он с собой принес. И похоже, предназначалась посылка мне. Это заклятье из времен больших магических войн. Насколько я успел рассмотреть, «Гниль Марьфина» или какая-то его модификация.
Лекарь сделал знак помощнику, и тот водрузил сундучок на подоконник и откинул крышку. Доктор задумчиво поглядел на ряды разноцветных скляночек, мешочков и бумажных свертков и, видимо придя к нужным выводам, проговорил:
- Радий, когда мой коллега уберет проклятье, нам сразу же придется приступать к устранению его последствий, иначе больной не проживет и пяти минут. Поэтому, как только я создам лечебный поток, ты используешь порошок «Ночницы» и следом за ней масло «Звездницы белоголовой». А пока я завершаю лечение, заваришь стеблей «Райрама». Надеюсь, ты не забыл, как сотворить и подогреть воду? - и лекарь, дождавшись судорожного кивка своего помощника, перевел свои светло серые глаза на мага, - Можете приступать господин Нартиан.
Ханар кивнул, дорисовал оставшиеся знаки, внимательно оглядел переплетения линий, проверяя, все ли так. Поднялся на ноги, простер над начерченной конструкцией раскрытую ладонь правой руки, сделал сложный пас, щелкнул пальцами, и меловой рисунок оторвался от пола, зависнув на уровне пояса мага.
Дальше все происходило быстро, Лета с трудом поспевала следить. Ханар резко выкинул вперед левую руку, и запертая дверь комнаты рассыпалась мелкой щепой. Проклятье, змеей метнулась в образовавшийся проход, но маг взмахнул правой рукой, и, повинуясь его жесту, переплетение нитей, парящих в воздухе, накрыло темную субстанции словно сетью, пригвоздив к полу.
Ханар с осторожностью, но уже без опаски, шагнул в комнату и опустился перед мальчишкой, все так же лежащим лицом вниз, на корточки. Без труда перевернув его на спину, чародей неодобрительно хмыкнул, несколько раз щелкнул пальцами, зажигая и развешивая в воздухе вокруг магические огоньки. Стало светлее, и Лета даже из коридора заметила, в каком плачевном состоянии находиться рука паренька.
Вздувшиеся черные вены пульсировали, посеревшую кожу покрывали толи мелкие трещины, толи порезы из которых сочилась склизкая жижа. Между пальцами, сжатых до белых костяшек, струился черный дым, извивался, скручивался в жгут и пропадал под магической сетью. Девушка вдруг ощутила, что от такого вида ее начинает подташнивать.
- Хмм, - проговорил доктор, который остался в коридоре, - и правда «Гниль Марьфина». Характерное обугливание... Постмагические остатки в сосудах... Нарушение жизненных потоков... Радий, добавька пожалуй в масло «Звездницы» корень «Клуда».
- Две щепотки? - уточнил помощник, доставая и расставляя на подоконнике, зелья, что велел учитель.
- Нет. Три.
Лета взглянула на Ханара, который тоже звенел стеклом, доставая из сумки пузырьки. Вот перед ним выстроились в ряд шесть склянок, и он принялся отмерять по несколько капель из каждой в белую чашку. После каждого вливания жидкость меняла цвет и текстуру, в результате став похожей на клейстер. Под конец чародей начертал на поверхности жижи знак, от чего та засветилась мягким молочным светом.
Отставив чашу в сторону, маг освободил мальчишку от рубахи. Потом вылил жидкость из чашки на обнаженную кожу, в которую она практически мгновенно всосалась, замерев где-то близко к поверхности светящейся кляксой. Ханар распростер над ней раскрытую ладонь, потом собрал пальцы щепой, словно хватаясь за кусок ткани или тонкую нить, и повел руку в сторону плеча парня. И светящаяся клякса потянулась следом, словно и вправду была привязана. У самого плеча, маг сделал пас пальцами, и клякса вытянувшись, обхватила руку мальчишки широким кольцом и продолжила движение.
Сначала пятно скользило достаточно резво, но как только попало в область заражения, практически остановилось. Трещины и серая кожа при соприкосновении со светящимся кольцом, шипели, как вода на раскаленной сковородке, зараженные вены извивались, словно живые черви. Но все же незаметно, по миллиметру, кольцо продвигалось вниз, очищая руку.