— Я вернулся в Кэрвент не только для того, чтобы вернуть своих людей, и не потому, что так правильно.
— Разве?
— Я не мог вынести мысль, что верну тебя такому, как Король-молот. Я не хотел оставлять тебя, какой бы ни была твоя судьба.
— Правда? — удивилась я. — Но у Блэксворда не должно быть отбоя от женщин.
— Женщины? С тех пор, как я увидел тебя на королевской дороге, я больше никого не знал. И не хотел знать.
Я осознала его слова, и в груди вспыхнул жар. Его синие глаза пронзали мою душу, словно мы стояли одни, а не в людной комнате. Зачем он рассказывал мне это? Я видела, как смотрели на него леди Олвен и Риа. Любая женщина так делала бы. Он был сильным, храбрым и даже красивым. Игривый порой, но честный, как Падрэг, и верный тем, кого любит, как Ахерн. Наверное, я его не понимала. Никто не захотел бы меня сейчас. Я была королевой-беглянкой, от меня могли отказаться муж и отец. У меня не было ни богатств, ни земель, ни даже девственности. Я открыла рот, но голос меня оставил.
Артаган склонил голову, пока я молчала, и попрощался. Он медленно пошел по залу, некоторые почти пьяные товарищи махали ему. Блэксворд отказывался, дружелюбно качая головой. Он оглянулся на меня, задержавшись под аркой. Я повернулась к нему, споткнулась о свои онемевшие ноги, которые словно приросли к полу. Рука схватила меня за плечо.
— Леди, мне приказано охранять вас, пока вы в крепости Кадваллон. Меня зовут Энид Копейщица.
Мой разум все еще был занят словами Артагана, я пыталась сосредоточиться на женщине, стоявшей рядом со мной. Она была с луком, в зеленой тунике и с большим копьем в руке. Длинная каштановая коса падала на ее спину, ее плечи были почти такими же, как у мужчины. Конечно, ее звали Копейщицей. Я вспомнила, что видела ее, женщину-воина, в команде Артагана. Только в Свободном Кантрефе женщины сражались наравне с мужчинами, как было и в Старых племенах.
Энид прищурилась. Даже в тусклом свете камина я видела, что не нравлюсь ей. Я оглянулась за нее, пытаясь увидеть Артагана в дальней арке, но он отвернулся. Энид тоже посмотрела на него, в ее взгляде были тоска и верность. Еще одна женщина, готовая на все ради Блэксворда, если бы он только попросил ее.
Я вздохнула. В Уэльсе остались женщины, не влюбленные в сэра Артагана? Я пошла мимо нее, но Артаган уже ушел.
— Идем, — сухо сказала Энид. — Я покажу твою комнату.
Мы шли по деревянному зданию, я заглядывала в каждый узкий коридор, надеясь увидеть Артагана, но он пропал. Недовольно хмурясь, я заставила себя поспевать за длинными шагами Энид. Что я скажу, оставшись наедине с Артаганом? Голова болела. Слишком многое свалилось на меня за последние дни, слишком много столкновений со смертью и спутанными эмоциями, чтобы затмить ясный разум. Зачем он признался в чувствах ко мне? Я должна была думать о судьбе друзей в Кэрвенте. Или пытаться понять, кто хотел меня убить. Но я думала о том, сколько раз Артаган спас мне жизнь за последние месяцы. Он так много для меня сделал, а я даже не отблагодарила его.
Энид остановилась у дубовой двери. Я попыталась преодолеть пропасть между нами и тепло улыбнулась ей. Я все-таки была здесь гостем.
— Спасибо за все, что вы сделали. Рисковали жизнью, чтобы помочь Артагану и мне. Вы очень смелая.
— Не благодари меня. Я причинила своему народу такой вред, какой и не представляла.
— Вред?
— Ты не только глупая, но и глухая?
Я опешила и извинилась, словно оскорбила ее, но она отмахнулась.
— Из-за тебя все здесь в опасности, — хмуро сказала она. — Из-за тебя будет война с Южный Уэльсом, много хороших свободных людей погибнет. Я надеюсь, что ты по важной причине решила укрыться здесь.
Она ушла, больше ничего не сказав, встала стражем в коридоре. Я ушла в комнату, закрыла тихо дверь за собой. Слезы подступали к глазам, когда я думала о своей семье в Дифеде, о своих друзьях в Кэрвенте. Я убежала, чтобы предотвратить вред, а не разрушить тех, кого люблю. На меня охотились саксы, я была племенной кобылой для мужа, меня преследовал неизвестный враг, подсылающий убийц. Я не могла больше жить в стенах Кэрвента, но я боялась, что все, кого я касаюсь, станут пеплом.
Моя комнатка была теплой, здесь была мягкая кровать и много шкур зверей. Окошко было с видом на доме деревни у крепости. Я сжалась в комок на кровати. Я больше ничего не могла сегодня, тело и сердце устали от двух дней пути верхом.
Сон окутал меня, воспоминания о Кэрвенте и даже Дифеде расплывались в мыслях. Мне снова снились руины Аранрода на вершине холма среди тумана. Голос мамы пропал, но в тумане появилась одинокая фигура. Загадочный мужчина обнял меня и прижался губами к моим губам, его темные волосы трепал ветер. Мое сердце билось быстрее, я целовала его в тумане в старом замке.