— У нас нет выбора. Это последний доступный вариант.
— Стоило остаться в крепости Кадваллона. Уверен, дитя мое, у вас были свои причины, но решение кажется поспешным и не продуманным. Еще не поздно вернуться.
— Идите туда, если хотите! Я сделала выбор. Мы едем в форт Дин.
Падрэг скривился от моих слов и безмолвно плелся следом. Я впилась пятками в бока своей пони, мы мчались к лесу. Мой дурацкий язык. Я оскорбила того, кто был мне как настоящий отец. Он привил мне любовь к книгам, научил всему, что я знала. Даже он сомневался во мне сейчас. Я повернулась, чтобы извиниться, но он уже ехал подальше, чтобы не говорить со мной. Что я наделала? Путь впереди казался запутанным и темным.
Мы ехали в тишине остаток дня. Хотя у нас не было проводника, я бывала на Восточных болотах достаточно часто, чтобы знать, что после реки Сабрины нам нужно двигаться на юг, и мы попадем в форт Дин. По пути мы точно минуем деревню Рии.
Риа нагло улыбнется, увидев, что я еду без Блэксворда? Может, я ошибалась. Она знала о помолвке Артагана? Она бы переживала? Ей хватало детей Артагана. Я ускорилась, стиснув зубы, решив не думать о них.
Ночью мы остановились в поляне в лесу. Ровена и Уна пытались отвлечь меня, игриво спорили о том, как лучше потушить зайца в котелке в лесу. Они готовили ужин, а я подкидывала дерево в огонь. Ахерн был на страже у деревьев, а Падрэг читал, не отрывая взгляда от страниц. Моя смелость подводила меня каждый раз, когда я пыталась поговорить с ним. Я редко его таким видела. Я его ранила. Он мог обижаться, а мог принять извинение.
В свете огня я смотрела на свои пустые ладони на коленях. Плохая я королева. Последние верные мне люди были со мной под открытым небом. Как преступники.
Я закрыла глаза, сложенный плащ был мне подушкой. Я вспоминала шум моря. Я снова видела свечи в нишах стен монастыря Дун Дифед. Младшая версия меня вздыхала, читая, пока Падрэг заглядывал поверх моего плеча. Снаружи дул зимний ветер, в монастыре книги сияли цветами весны. Красная охра, яркий шафран, королевский пурпур сияли на манускриптах в теплой комнате. Книга про Бранвен все еще была со мной, в сумке.
Я резко проснулась утром, меня окружали товарищи на поляне. Я похлопала лицо и грудь, но уже не была девочкой на берегу Дифеда. Я была затерявшейся королевой в лесу. Дым поднимался от нашего угасающего костра.
Мы отправились на рассвете к восходящему солнцу. К полудню мы выбрались из леса. Изгибы большой реки Сабрины вились в долине внизу. Я почти улыбнулась. Кому нужен проводник? Идти за солнцем и звездами. Пару лет назад я не знала толком о мире за каменистыми берегами Дифеда. А теперь шла по лесу, как опытный скаут. Я была в грязи от ночи в лесу, что подумали бы обо мне Морган и его брат? Я уже не была беспомощной женщиной.
Ахерн указал на восток. Несколько столбов черного дыма поднималось у реки внизу. Пахло гадко гнилой плотью. Вороны кружили над головами. Мое горло сжалось.
Я помчалась по склонам, не слушая Падрэга и Ахерна. Моя пони спускалась по холмам, а дым растекался над лесом. Кашляя в кулак, я оказалась одна в черном дыму. Деревья расступились передо мной, и я тут же узнала деревню Рии.
Горы пепла и обгоревших досок остались на месте хижин. Окровавленные тела усеивали землю, людей и зверей убили у их домов. Огонь трещал и дымился так, что закрывал солнце. Утро было черным, как ночь.
Я спешилась и пошла вдоль тел. Ахерн и Падрэг остановили лошадей при виде разрушений, Уна и Ровена были за ними. Ахерн оглянулся.
— Миледи, тут нельзя задерживаться! Это опасно. Тот, кто сделал это, может быть рядом.
— Есть сомнения? — Падрэг вытащил из трупа копье. — Это сделала сталь саксов.
Я не слушала их, я склонилась над телами, не все удавалось различить, они были обезображены. Скот выглядел так, словно их сбросили с большой высоты. Алые пятна покрывали траву. Такое не могли сделать люди. Это было похоже на работу демонов. Ровену и Уну стошнило за лошадьми. Я застыла у нескольких тел, лежащих вместе. Я рухнула на колени, плечи вдруг стали тяжелыми.
Я коснулась белой щеки Рии, ее плоть была холодной, как лед. Я сжалась, словно смерть была заразной, и прижала ладонь ко рту. Ее одежда превратилась в окровавленные лохмотья. Рядом с ней лежал Арт и его мертвая сестренка. Первый ребенок, которому я помогла родиться.
Мои губы дрожали от гнева. Они были детьми! Кто мог такое сделать?
Тело Гвен лежало неподалеку, в ее руке был крюк. Она должна была повалить хоть одного сакса. Эти женщины были крепче меня. Я зажмурилась, закрыла уши, чтобы не слышать треск угасающих огней.
Ахерн слез с коня и схватил меня за руку. Он повел меня к моей пони, но вдруг замер, его глаза округлились от страха. Топот копыт доносился из-за дыма. Ахерна было едва слышно: