Ахерн опустил голову. Даже он не мог без боли упомянуть Дифед. Я закрыла глаза. Впереди была мокрая дорога, темное бесконечное отступление в ночь. Саксы поступили бы почти милосердно, добив нас сейчас, но буря тоже могла убить нас, как и лесные тропы.
Дифед, Дифед, Дифед. На моей родине останутся вдовы. В бою я видела, как пал отец, пронзенный копьями саксов. Его голова теперь, наверное, была на пике. Он был пьяницей и задирой, но это было в прошлом. Он оставался правителем Дифеда и моим отцом. Другого не было. Я с трудом заставила себя сказать Ахерну на ухо:
— От Артагана нет вестей?
Ахерн прикусил губу.
— Ничего. По слухам его ранили. Наши скауты думают, что всадники Бэлина захватили его в плен.
Я сжала кулаки и стиснула зубы. Бэлин. Предатель! Его люди сбежали и смотрели, как саксы давят нас. Попасть в его руки было не лучше, чем к саксам. Я направила палец на Ахерна.
— Приведи ко мне скаутов. Я должна услышать сама.
— Скауты рассеяны по земле, миледи. Мы не увидим их до рассвета.
Я выдохнула сквозь сжатые губы. Вряд ли солнце взойдет снова. Не этой туманной ночью. Но я не могла винить этих воинов, каждый бился на совесть. Просто саксов было слишком много. Едва слышным шепотом я спросила, схватив Ахерна за плечо?
— А наши люди? Мы знаем, что с ними?
— Сэр Эмрюс и сэр Кинан ранены. Их лошади несут их дальше в колонне.
Ахерн опустил голову, пытаясь взять себя в руки.
— Но я сам видел, как пала Энид Копейщица.
Я закрыла лицо руками. Энид. Я закрыла глаза и видела ее, какой она была в день, когда я прибыла в крепость Кадваллона. Она была строгой, но сильной, не уступала воинам-мужчинам, она вдохновила меня встать с луком в руках. Я так и не поблагодарила ее. И теперь шанса не осталось. Отец, потом Энид, а, может, и любимый муж.
Нет. Артаган должен быть жив. Я отказывалась принимать другое. Но нам нужно было уходить. Больше никаких мыслей. Нам нужно собрать выживших в Аранроде.
Даже в темноте каркали вороны. Они пировали на поле боя за нами, собирались полакомиться телами наших любимых. До восхода луны на пир соберутся и волки с летучими мышами.
Мои веки слипались, и тут затряслись кусты неподалеку. Ахерн тут же отправил пару людей проверить, повел их в тени, несмотря на раненый глаз. Я схватила лук, понимая, что стрел не осталось. Из кустов раздался глухой вопль:
— Отпустите!
Ахерн вернулся, таща мужчину за локоть. Ливень ослаб до мороси, немного лунного света пробилось сквозь тучи. Старый лысеющий мужчина в черной робе извивался в хватке Ахерна.
— Что ты нашел, Ахерн?
— Похоже, шпиона, миледи.
Мужчина попытался оттолкнуть руку Ахерна со своей руки.
— Я священник, дубина! — ответил мужчина и поклонился мне. — Отец Давид, ваша светлость.
— Почему вы шпионите за нами из кустов, святой отец? — спросила я.
— Я дрожал от холода. Я помогал раненым, пока саксы меня не отогнали.
Ахерн вскинул бровь, но я не видела причины для священника врать. Многие священники читали молитвы над умирающими на поле боя. Но я все равно строго посмотрела на него.
— Я не могу отпустить вас. Если вас кто-то схватит, они узнают, где мы. Я хочу отвести своих людей домой в безопасности.
— Я не расскажу, ваша светлость.
— А их мечи вас заставят. Простите, отец Давид, но теперь вы — наш гость.
— Вы слышали Ее высочество, — сказал Ахерн и повел мужчину.
Священник возмущался, но быстро сдался. Я развернула пони и остановилась перед священником. Может, он видел бой лучше моих скаутов.
— Вы были на поле после боя? Видели короля Артагана?
Давид замер, дождь катился по его лысой голове. Он кивнул и сказал очень тихо:
— У меня есть вести о королях Моргане и Артагане. Один схвачен, другой мертв.
Я покачнулась в седле, черный лес поглотила тьма.
* * *
Огонь горел тускло и танцевал на бревнах, в темноте трещали угли. Я была в тихой спальне. Я скрестила руки, пока стояла и смотрела на огонь. Оранжевое сияние не касалось пустой кровати за мной. В дверь постучали.
Ахерн заглянул, когда я не ответила, все еще смотрела на огонь в камине. Мы молчали, стояли в спальне в моей башне, слушали сверчков снаружи. Капли стучали по крыше. Брат был с копьем и щитом, левый глаз закрывала повязка.
— Снова дождь, — прошептал он.
Когда я не ответила, он прошел к окну. Несколько огней горело в темноте вокруг замка. Залы Аранрода, где когда-то звучал смех, были тихими. Мой страж нахмурился.