— Мы не можем знать, насколько точно креатура копирует повадки оригинала, — возразил Ал, — В конце концов, до недавнего момента эта отрасль знания оставалась сугубо теоретической, как вы верно заметили. Легко спутать человека и существо, которое только имитирует человеческие повадки до мельчайших мелочей и ведёт себя так, как ожидается от людей.
Эвакил кашлянул, привлекая к себе внимание.
— Прошу прощения, господа. Насколько известно простому жрецу Триединых, магическим даром способны обладать лишь живые люди?
— Совершенно верно, — кивнул Филип, — Наличие дара свидетельствует о душе. Разумеется, не каждый способен управлять потоками, однако только душа позволяет это. Некоторые заявляют о том же принципе для нерождённых, но, на мой взгляд, заявлять об управлении, говоря о существах, целиком состоящих из магии, нелепо.
Священник обернулся ко мне и подмигнул. Затем он серьёзным голосом сказал:
— Дело в том, что я случайно заметил, как госпожа Вероника проверяла Такуми на наличие дара. И, насколько я в силах судить, проверка дала положительный результат.
— Это правда? — спросил Меридий.
Вероника кивнула, и Филип пожал плечами.
— В таком случае Такуми либо человек, либо нерождённый. Как бы то ни было, отличить человека от духа или демона весьма легко, и я могу смело заявить, что ни тех, ни других в этом зале нет. Безусловно, история его появления оставляет множество вопросов. Например, почему он понимает нашу речь, ведь он, судя по одежде, которую я увидел на записи, призван издалека. Однако это не повод относиться к нему, как к голему.
— В том, что Такуми разговаривает на вельсском, нет ничего странного. Одна из составляющих ритуала — аспект Коммуникации, чтобы гарантировать, что поднятые неупокоенные сохранят возможность говорить и осознавать, что говорят им, — сказала Вероника. Филип спросил меня:
— Ты всегда говорил на вельсском?
— Я и сейчас не понимаю, как на нём говорю, — ответил я по-японски, вызвав недоумение у всех. И добавил уже на понятном им языке, — Нет, не всегда.
Магистр развёл руками и бросил ехидный взгляд в сторону Ала, с лица которого сошла улыбка.
— Тогда нет ни малейшего резона дальше обсуждать невероятную замену потусторонней магии на классическую. Дальнейшие предположения господина Аладилария только усложнят картину и тем самым подчеркнут шаткость доводов. Лично я скорее готов поверить в иномирие этого юноши, чем в то, что он элементаль.
Последнее предложение прозвучало шуткой, но по спине пробежали мурашки. В принципе, ничто не мешало сказать, что я с Земли, но как отреагируют на это остальные, предсказать было нельзя. И раз уж обошлось без подобных признаний, лучшей стратегией оставалось молчание. Клеймо сумасшедшего было одним из первых пунктов в списке вещей, которых всеми силами требовалось избежать.
Неизвестно, сколь многое поняли из обсуждения Бельмут и Меридий, но они поддержали мнение Филипа. После быстрого голосования среди членов комиссии я был признан человеком. Сказать по правде, с плеч сошла настоящая гора. Никому не понравится узнать, что он является лишь подделкой и к тому же не человеком в глазах других людей. Я думал, что Ал разозлится после неудачи, но он выглядел непоколебимым.
Заседание продолжилось.
— Следующий пункт: нападение на Такуми Накагаву, — объявил принц.
— Стоит отметить, что он не является подданным Аглора и не исповедует веру Триединых, а значит, на него Соглашение не распространяется, — скучным голосом сказал Ал.
— Инцидент произошёл на территории королевства, следовательно, находится в юрисдикции его законов. Любой иноземец защищён Соглашением не меньше, чем подданные Аглора, — возразил Меридий.
Похоже, замечание Ала было попыткой сыграть на дурака. Однако дураков в зале не имелось… кроме, возможно, меня.
— В таком случае необходимо узнать, выдвигает ли Такуми Накагава официальные обвинения против госпожи Вероники, — произнёс Ал. Его взгляд пересёкся с моим. Я сглотнул. Расчёты оказались верны. Члены комиссии не горели желанием подмахивать любые решения слуг Владыки, и существовал вполне реальный шанс, что они продолжат вставать на мою сторону. И всё же… заветное слово далось с большим трудом.