Бусины в очередной раз звякнули, впуская Купаву.
- М-да, как-то уныло. Не находишь? – заметила она.
- Ты ожидала, что нас здесь встретят танцующие упыри или волки? – хмыкнула Мавна, поглядывая на подругу.
Купава недовольно дернула плечами.
- Кто пойдет первым? – Занавеска распахнулась и перед ними предстала смуглая старушка. Седые волосы выбились из-под яркого платка. Золотые браслеты с бусинами и монетками напевали свою звонкую песню при малейшем движении женщины. Черные глаза внимательно впились в Мавну, и она шагнула назад.
- Кто первый? – повторила гадалка. – Может, ты красавица? – пытливый взгляд переместился на Купаву.
Подруга кивнула и, не боясь, последовала за женщиной-райхи.
Мавне оставалось только ждать, поэтому она опустилась на лавку и прислушалась к голосам за перегородкой.
- Кого сердце просит, скоро ответит тебе любовью.
«Илар что ли? – мысленно усмехнулась Мавна.
Спустя некоторое время вышла Купава. Ее глаза блестели, как от лихоманки, щеки раскраснелись, отчего она стала еще прекраснее.
- Ну? Что сказали? – с нетерпением спросила Мавна.
- Да так, - размыто ответила подруга и ее губы изогнулись в хитрой улыбке. – Замуж выйду скоро.
- Тоже мне новость, - фыркнула Мавна и подошла к занавеске, не решаясь пройти дальше.
- Входи, не топчись на месте, не зли духов, - донесся до нее скрипучий голос старой райхи.
Мавна осторожно приоткрыла занавеску и, смущаясь, подошла к круглому столу, что был укрыт черным платком. На столе девушка заприметила две тонких свечи, переплетенных между собой. Они чадили, разгоняя своим слабым светом полумрак, и восковые капли стекали на старинный тяжелый подсвечник в виде чьей-то когтистой лапы. Мавна увидела потрепанную колоду, которой тут же коснулись заскорузлые пальцы гадалки.
Она начала ловко перетасовывать карты, которые приятно зашелестели, словно приглашая на представление, и Мавна опустилась на стул.
- Меня зовут Лачи, - представилась райхи. – Я кочую со своим народом из города в город. Рассказываю людям об их судьбах. Поведаю и тебе о твоей судьбе, дитя. Конечно, если ты желаешь этого.
Цепкие черные глаза пригвоздили Мавну к месту. Она быстро закивала, надеясь на то, что все быстро закончится, и они с Купавой потом посмеются над этим. Девушка снова вспомнила о деньгах и сжала мешочек в ладони, ощущая, как отчеканенный край монеты впивается в кожу.
- Не нужны мне твои деньги, дитя. – В уголках глаз собрались кривые морщинки, в черноте радужки мелькнул огонек свечей.
- Вы гадаете задаром?
- Нет, - замотала головой женщина, и ее крупные бусы на шее и браслеты на запястьях зазвенели вслед за ответом. – В основном, я забираю ненужные чувства человека – безответную любовь, тоску, смертельную хворь…
- И что вы делаете с этим? – перебила Мавна.
- Я их меняю на силу, чтобы видеть будущее, - размыто произнесла гадалка.
- Вы их кому-то отдаете?
Женщина согласно кивнула.
- Духам. Они любят питаться людскими эмоциями. Это для духов тоже сила.
- Что это за духи? – не унималась Мавна. – Где они живут?
- Везде. – Лачи начала ловко извлекать из колоды карты и раскладывать их в ряд перед девушкой.
Мавна смотрела на королей, дам, валетов, смешанных с мелкой мастью, и не понимала, что там скрыто, за этим символами. Неужели ее жизнь?
- Терзают тебя печали, дитя, - процедила Лачи. Ее пальцы порхали над картами, словно она стягивала невидимую паутину с них и в тонких нитях паутины скрывалась вся суть Мавны. – Вижу, потеряла ты дорогого человека. Ох, совсем ребенка.
Гадалка вдруг замолчала и сощурилась. Она вглядывалась в карты, стараясь понять то, о чем они ей говорили.
- Что-то странное с ним, - протянула Лачи. – Не понимаю. – Черные глаза бегло скользнули по лицу девушки и снова вернулись к картам. – Он вроде жив. И в то же время мертв.
Мавна затаила дыхание. Вся ее боль, как опара, поднялась из грудной клетки и застряла где-то в горле. Она боялась вздохнуть. Боялась, что удерживаемые внутри слезы хлынут наружу и затопят этот маленький пестрый шатер.
Они все утонут в ее боли.
- Ребенок шагнул за границу миров. Попал туда, где живут мертвые, но сам он спит и его душа мечется, страдает.
- Получается, что Раско все-таки жив? – прошептала Мавна. Говорить в полный голос не получалось. Она схватилась за горло.