- Его состояние пограничное, - серьезно сказала женщина, тыча в карты. Ее седые брови сошлись на переносице, уголки губ опустились и нос заострился. Мавна подумала, что Лачи похожа на ворона, того гляди худые руки обернутся крыльями. – Я не знаю, жив он или мертв.
- Что я должна сделать? Как мне узнать? – Мавна сделает все, хоть войдет в пекло, хоть босиком пройдет по битому стеклу, лишь бы вернуть былое счастье в их семью.
Лачи цокнула, задумчиво взглянула на девушку и поднялась со стула. Она направилась к сундукам.
Вскоре на столе появился ворох разных склянок и старый нож с треснутой рукоятью. На лезвие Мавна увидела мелкие ржавые пятна.
«Надеюсь, это не кровь» - промелькнула мысль.
- Теперь слушай меня внимательно. – Лачи подцепила ее подбородок пальцами и прямо посмотрела в глаза Мавне. – В полную луну тебе нужно прийти на то место, где сгинул ребенок. Как вышла за ворота, то назад больше не оглядывайся, чтобы не подхватить нечисть. Иди только вперед. Как придешь, зажги свечу. В горшок скроши бессмертник, он призывает духов, полынь, она защитит тебя от пограничной нечисти. Травы раскури, чтобы запах их призвал того, кого нужно. После брось хлебные крошки и сбрызни это все своей кровью. Плоть режь ритуальным ножом.
- Этим? – Мавна указала на старый нож, и гадалка кивнула. – А я гнилокровием не заражусь?
Женщина отстранилась от нее и хмыкнула.
- Не от гнилокровия тебе суждено умереть, дитя.
Лачи взяла со стола две склянки и протянула Мавне. В одном бутыльке жидкость была желтой и в ней плавал чей-то глаз с узким зрачком, чем-то напоминающий змеиный. Во второй, плавала чешуя.
— Это, - гадалка указала на снадобья, - тоже выльешь в горшок. Они призовут пропавшую душу. Если ребенок умер, то он заговорит с тобой, скажет, чтобы не искала боле его. А если жив, то промолчит или будет плакать, тянуть руки. Главное, не заходи в воду.
- Что мне делать потом? Как его найти? – выпалила Мавна.
Ее колотило. Закуток Лачи прыгал перед глазами.
Гадалка вновь обратила внимание на карты и указала на двух королей – один трефовой масти, другой – бубновый.
- Они тебе помогут.
- Кто? – не поняла Мавна.
От свалившихся на нее новостей, она плохо соображала и пустым взглядом уставилась на карты. Ей вдруг представилась картина, как Лачи взмахом руки превращает бумажных королей в настоящих, и они с мечами наперевес бросаются в болота за Раско, а Мавна, смущаясь и размышляя, кому отдать поцелуй, поджидает их на берегу.
Лачи легонько треснула ее по лбу. Девушка нахмурилась и отодвинулась подальше от наглой райхи.
- Мужчины, - произнесла Лачи. – Карты говорят, что два короля приведут тебя к брату. Короли знают путь к нему. Они вот-вот встанут на твоем пути, но один из них будет непрост и возможно предаст тебя.
- Как я пойму, что один из них тот, кто поможет мне? – окончательно запуталась девушка.
Лачи пожала плечами.
- Сердце слушай, дитя. Оно у тебя чистое, - немного смягчилась гадалка, но вскоре вновь стала серьезной. – Слушай и запоминай слова призыва. Это важно.
Мавна не помнила толком как вышла из шатра. Она совсем забыла о Купаве, об отце, о ярмарке.
В сумке позвякивали склянки, напоминающие о том, что все случившееся в шатре оказалось не сном. У нее действительно появился шанс спасти Раско. Или отпустить…
Ноги несли ее куда-то вперед. В какой-то момент Мавна удивилась, что оказалась на площади. Она остановилась на перекрестке, стараясь вспомнить как пройти к торговым рядам.
Уже смеркалось. Первый месяц осени был на удивление теплым. Солнце клонилось к западу, опаляя мощенную дорогу последними золотыми лучами. Мавна залюбовалась разлившейся по улицам охре, преобразившей Берёзье в этот час.
Со спины раздался оглушительный топот, чей-то крик и ругань. Мавна оглянулась и завизжала, когда вороной конь встал на дыбы перед ней и громко заржал.
Она упала, ободрав ладони, и зажмурилась, с ужасом ожидая момента, когда ее затопчут. Вот и помогла Раско. Как можно быть такой неуклюжей и рассеянной?
Момент позорной смерти продолжал оттягиваться. Мавна приоткрыла один глаз, чтобы оценить обстановку, и тут ее кто-то схватил за локоть и помог встать.
- В порядке? – раздался мужской голос. Владелец этого голоса был раздражен. Мавну накрыло волной чужой неприязни.
- Да, - выдохнула она, наконец, решаясь взглянуть на незнакомца.