- Что ты делал ночью здесь? – вырвался вопрос.
Варде замер. Мавна уловила растерянность в его бесцветных глазах.
- Я…- протянул он, бегло осматриваясь вокруг. – Я просто спал тут неподалеку.
Мавну устроил ответ. Ее потряхивало после ночного приключения. Хвала Покровителям, что Варде оказался поблизости и спас ее от болотника. Девушку передернуло стоило только вспомнить мерзкий оскал на плоской морде.
Очередной порыв ветра заставил ее зябко поежиться. Она наклонилась к платку, который так и лежал расстеленный на траве, чтобы собрать ритуальные предметы обратно.
Варде опустился напротив. Он поднял одну из склянок Лачи, повертел ее в руках и вернул Мавне. От жженных трав парень поспешно отдернул руку и одарил девушку извиняющимся взглядом.
- Там паук был, - с долей смущения пояснил он.
Мавна посмотрела в горшок, прежде чем вытряхнуть труху, но никакого паука не обнаружила. Может, Варде показалось.
- Я провожу тебя до дома, если ты не против, - сказал парень.
Мавна так устала, что готова была уснуть прямо рядом с берегом. Пускай хоть дюжина русалок утащит ее потом в дно, но сил куда-то идти почти не осталось.
- Пойдем, - согласилась она, еле сдерживая зевок.
До тына они шли молча. Мавна чувствовала себя опустошенной. Казалось, что на плечи она взвалила мешок с мукой. Девушка то и дело спотыкалась, пока Варде не взял ее под руку.
- Спасибо за все, - тихо поблагодарила Мавна и сжала прохладную ладонь своего спасителя. – Если бы не ты…
- Брось, - отмахнулся Варде. – Я не мог оставить девушку в беде.
- Но ты же мог умереть.
Варде пожал плечами. Его глаза стали колючими и неживыми. Сильный порыв ветра толкнул Мавну к калитке. Сердце в груди встрепенулось и быстро забилось.
- Прощай, - произнес Варде, продолжая сверлить ее странным, голодным взглядом. Он отступил назад и Мавне показалось, что новый знакомый часть ночи. Ее тень.
- Если хочешь, приходи, - вырвалось у Мавны.
Варде кивнул и пошел обратно по извилистой тропе к болотам. Где-то в поле послышался протяжный вой. Мавна испугалась и побежала к дому. Один раз она все же оглянулась, но светлая макушка парня уже исчезла во мраке.
Мавна проснулась, когда солнце ярко светило в небе. Солнечный луч скользнул по ее лицу, заставив поморщиться и приоткрыть один глаз. Осознав, что проспала все утро, девушка подорвалась с кровати.
Стараясь как можно тише приоткрыть дверь, Мавна выглянула в коридор, прислушиваясь к звукам дома.
Было тихо. Значит, все работают. Одна она спит. Илар и отец спуску ей не дадут. Завтра разбудят еще до петухов.
- Может, притвориться больной? – задумалась Мавна, хотя даже смерть, по мнению Илара, не причина пропускать работу.
Наскоро одевшись и причесавшись, Мавна спустилась в пекарню. Она застыла напротив двери, чувствуя такой знакомый и любимый аромат свежеиспеченного хлеба. Тонкий запах ванили смешивался с запахом дрожжей и молока.
Мавна прикрыла глаза от удовольствия и чуть не получила в лоб дверью.
- Чего топчешься? – бросил Илар, вытирая руки о фартук. – Опять все проспала. Будешь вечером за меня работать, а я пойду с ребятами на чародеев посмотрю.
- На каких чародеев? – нахмурилась Мавна. – К нам приехали чародеи?
Илар подошел к бочке и опустил голову в воду. Потом он отряхнулся, забрызгав сестру, отфыркался и сказал:
- Давно же обсуждалось, что в Сонные Топи явятся чародеи. Ведь сама видела, что недавно упыри возле подлеска задрали семью, что домой после торгов возвращалась. – Лицо брата стало мрачным, злым.
Мавне оставалось только кивнуть.
Слухи также ползли из ближайших деревень, что выходить в сумерки за околицу уже стало опасно. Правда, были и такие умники, которые не верили в кровожадных тварей или, если верили, то рассчитывали на удачу. Как та семья, что рискнула возвращаться домой по тракту в темноте.
После долго затишья упыри снова стали выползать из болот, и староста Сонных Топей обратился к чародеям за помощью.
Многие отряды остерегали теперь деревни и города. Только жители как нуждались в чародейской силе, так и ненавидели ее. Все знали, что выходцы из необычной общины были головорезами. Им что упырей сжигать, что честных людей убивать – все одно. Лишь бы хорошо платили и вовремя подавали похлебку к столу.
Мавну пробрал страх за Илара. Брат был горяч и скор на расправу. Ему слово поперек сказать нельзя, сразу пускает кулаки в ход. Ведь не останется в стороне, если почует несправедливость к местным от чародеев.