– Юркая сучка! – Раздосадованный парень потянулся за новым снарядом.
Тэя тем временем принимала решение. Пока шаддок заряжал самострел, она окинула взглядом главную залу и быстро отыскала несколько мест, за которыми могла бы укрыться. Сам алтарь, статуи, большие чаны, в которых когда-то кипели зелья и снадобья – все это могло бы помочь ей избежать очередного выстрела. Но дальше-то что? Долго ли она так продержится? Пока тощий недоумок не позовет на помощь товарищей? Ну, нет. Уж лучше решить проблему здесь и сейчас.
– Ничего-ничего, – тем временем приговаривал шаддок, пыхтя над тугой тетивой, – сейчас я набью твою башку металлом!
Тэя в ответ на угрозу злобно оскалилась. Она приняла решение: пряткам не бывать. Лучше уж быстрая смерть. А если при этом удастся прихватить с собой и этого недомерка, то о большем и мечтать глупо!
Она крепче сжала выдранный зуб. О том, чтобы бросить его в обидчика, не могло быть и речи. Без тщательной балансировки клык просто не мог использоваться в качестве метательного орудия. Скорей уж пугалка.
Но Тэю такой исход не устраивал. Все ее естество требовало мести. Крови. Хотя бы одного конкретного шаддока. И этот шанс никак нельзя было упускать.
Парень наконец справился с самострелом и уже заряженным вновь навел его на служительницу.
– Ну, держись, ведьма. Клянусь, второй раз я не промажу!
Тэя только фыркнула. Перехватив зуб обратным хватом, она подбежала к одному из перевернутых горшков из-под сушеных трав и со всей силы пнула его. Тот, точно живой, подскочил и, с недовольным звоном совершив полет по широкой дуге, приземлился прямо на вихрастую голову тощего недомстителя. Выиграв таким образом несколько драгоценных секунд, Тэя метнулась к той статуе, что опасно кренилась, и несколькими отчаянными ударами клыка заставила и без того треснувшее основание рассыпаться крошкой. Остальное доделала природа и шаддокская глупость.
Пока парнишка силился стащить с себя горшок, статуя крылатой праматери обрушилась на него и всей своей массой расплющила об пол…
Тэя понимала, что второй раз трюк может и не сработать, но другого выхода просто не видела. Как бы там ни было, сдаваться охотникам ей совсем не улыбалось. Лучше уж попытаться что-то предпринять, чем задрать лапки кверху и ничегошеньки не делать. В конце концов, даже если идея с колонной не выгорит, можно будет попытаться придумать что-нибудь еще, но для начала…
Разбежавшись, она что было мочи пнула опустошенную сферу лейра.
С виду тяжелый, на деле шар оказался даже легче, чем горшок из прошлого – тонкая черная стенка едва не прогнулась под давлением ботинка, – и среагировал так, что лучше и пожелать было нельзя. Подскочив добрым мячом, он стремительно понесся к опешившему от такой выходки Оммину и, хорошенько стукнув того в переносицу, благополучно отлетел куда-то за горизонт.
Наемник отшатнулся и, едва не выронив собственный нож, протяжно взвыл.
– Сука!..
Пока Оммин зажимал лицо двумя ладонями и громко ругался, а его свита не знала, что делать, Тэя воспользовалась заминкой и, подобрав с пола небольшой фрагмент лейровской скульптуры, ударила им по уязвимой точке накренившейся колонны. Камень о камень высекал искры и оглушал звоном, но Тэя не останавливалась, пока осколок, который удерживал угловатый столб на месте, не поддался.
Дальше все происходило как по ускоренному сценарию. Тяжелая мраморная масса стремительно понеслась вниз и рухнула так, что разделила едва успевшего отскочить Оммина с никчемной парочкой в масках и Тэю. Третьему же из свиты повезло меньше всех. Пока остальные пытались уйти с поля обрушения, тот оказался каким-то уж чересчур бестолковым и даже не заметил, когда его впечатало в пол.
Едва почуяв, что ничто больше не стоит между ней и выходом, Тэя, не обращая внимания ни на кровавые брызги, ни на тучи пыли, ни на ругань Оммина, бросилась прочь. Явившись на развалины аванпоста, она отыскала здесь все, что могла. А сделала – даже больше. И потому без малейших угрызений совести понеслась к своему звездолету, на бегу выкрикивая:
– Ко? Ко! Ты слышишь меня?! Тай-Ко, ответь, чтоб тебя!
«Кричать в принципе не обязательно. Я и так хорошо тебя слышу».