К тому моменту, как он ответил, Тэя успела выбраться во внутренний двор, всполошив стаю хохлатых птиц. Едва не расплакавшись от облегчения, она тут же с укоризной спросила:
– Тогда, где ты был?!
«Знаешь, а ведь я тебя предупреждал насчет гостей. Ну и что ты думаешь? Они натурально навели помехи на связь».
– Хватит болтать. Забери меня, пока они не очухались.
«Они?!»
– Думаешь, твои гости ограничились только помехами? Наемники прямо здесь, и я их очень и очень расстроила.
Тай-Ко, к счастью, канючить не стал.
«Понял. Дай мне пять минут».
Тэя, воровато оглянувшись, торопливо проговорила:
– Пяти минут у меня может и не быть.
И будто в воду глядела. В темном портале треугольного прохода появился силуэт в сиреневом пальто.
Он приближался с неторопливой осторожностью, как будто боялся выйти на свет. И хотя, местное солнце к этому моменту давно уже миновало зенит, а тучи над руинами сделались гуще и плотнее, это все же заставило Оммина помедлить, прежде чем перешагнуть порог. Когда же он все-таки осмелился явить свое лицо, то показалось Тэе намного более устрашающим, чем можно было вообразить. Она-то ожидала небольшой припухлости, в крайнем случае – синяка. А увидела по-прежнему симметричное личико писаного красавца, левая половина которого была залита кровью, а глаз отсутствовал.
– Ну, детка, – негромко проговорил Оммин, помахивая ножом, будто ничего необыкновенного не произошло, – теперь мне придется заменить свой глаз твоим.
Тон наемника оставался непринужденным, но от улыбки не осталось даже следа.
Тэя похолодела, сообразив, что натворила. Похоже, сфера, которой она запустила в Оммина, ударила по тому одним из распоротых краев и проткнула глазное яблоко.
Наемник, неотвратимо, но медленно приближаясь, вкрадчиво позвал:
– А теперь будь хорошей девочкой и подойди сюда. Ну же.
Тэя упрямо попятилась. Несмотря на ужас, охвативший ее всю целиком, и чувство вины, вызванное непреднамеренным членовредительством, она все же оставалась той, над кем собирались надругаться. А это как минимум давало ей право на самозащиту. Само по себе насилие ей было не по душе, но если приходилось делать выбор между собственным здоровьем и благополучием врага, то тут вся щепетильность отключалась.
И именно потому на предложение вернуться она оскалилась и прошипела:
– Подойдешь ближе, и я тебе вторую гляделку выцарапаю!
Наемник усмехнулся через силу, но не остался на месте.
– Ты то ведешь себя, как благородная дама, то из твоего очаровательного ротика вырывается сущая чепуха. Откуда ты такая, девица? – Он по-прежнему не спешил и, пока неуклонно сокращал разделявшее их с Тэей пространство, обзавелся парой вооруженных тесаками наперсников из гильдейской шайки: по одному справа и слева.
Тэя было решила, что лучшего момента для побега она не получит, но, в очередной раз поддавшись наитию, все же осталась. Ей в любом случае пришлось бы задержаться у зауженного прохода через скалы, а это спровоцировало бы Оммина на бескомпромиссную и скорую атаку. Уж лучше дождаться появления Тай-Ко. Для чего не помешало бы потянуть время.
Бросив короткий взгляд на растревоженных птиц, Тэя обратилась к Оммину:
– Тебе известно, что это за птицы?
Тот, не сбавляя шага, широко оскалился.
– Похоже, о них я знаю больше твоего. Иначе ты бы не держалась к ним так близко. Их называют перевертышами и считают весьма коварными хищниками. С виду милые и безобидные, эти птички мгновенно свирепеют, стоит им только учуять свежую кровь. Нападая всей стаей и со всех возможных сторон, они практически не оставляют своей жертве шанса отбиться.
Под конец этой тирады Оммин тихо хмыкнул. Двое за его спиной дружно защелкали намордниками. Птицы, вновь приподняв яркие хохолки, собрались в стаю и уставились на чужаков так, будто понимали, о чем речь.
Тэя, изо всех сил подавляя желание отскочить, вскинула голову:
– Скажи, ты эту историю только что выдумал?
Наемник с серьезным видом качнул головой.
– Отнюдь. Выдумывать сказки я не мастак. А уж для таких, как ты – тем более.