Робот, к его чести, в спор ввязываться не стал и, усадив свою костлявую тушку в зарядное гнездо, которым служило кресло пилота, брюзгливо поинтересовался:
– И куда ты намылилась? Обратно на Марикар? Я думал, с той луной навсегда покончено.
– Так и есть, – не задержалась с ответом Тэя, даже не взглянув в сторону компаньона.
– Тогда…
Пауза, нарочно созданная Тай-Ко, заставила ее поразмыслить над тем, стоит ли выкладывать все, как есть. Несмотря на тяжелый характер и практически полное пренебрежение любыми авторитетами, робот доказал, что заслуживает доверия, на которое сама Тэя всегда оказывалась довольно скупой.
Думала она недолго.
– Я тебе не все рассказала.
Это заставило Тай-Ко с жужжанием повернуть свою хромированную голову.
– Вот оно как? А я-то уж губу раскатал!
– Ко, – устало попросила Тэя, на пару мгновений спрятав лицо в ладонях, – не будь букой. У меня сейчас и без того забот хватает.
– Правда? А ведь это странно. Ну, знаешь… я же твой пилот и все такое. Я должен решать твои заботы, а не создавать их.
Что ни говори, а Тай-Ко отлично умел играть на чувстве вины. С самого первого дня знакомства. Притом с таким усердием, будто такое поведение было прошито в нем на программном уровне.
– Приветствую! Я – Тай-Ко-13-04-0024! К вашим услугам! Чем могу быть полезен?
Тэя бесцеремонно оттолкнула покрытого пылью болванчика и осмотрелась.
Если снаружи кораблик еще хоть как-то походил на самое себя, то внутри представлял сплошной мусорный склад. Массивные пластметаллические ящики с непонятными отметками неровными горами, часто достигали потолка. Часть их содержимого, представлявшего собой разнообразную утварь, вроде расписных чаш, резных статуэток или золоченых украшений, была вывалена на пол, часть (массивные фолианты в кожаных переплетах и тугие свитки) – накрыта кусками полуистлевшей материи. Складывалось впечатление, будто кто-то очень спешил с переездом, но так и не добрался до места назначения.
– Госпожа, чем вам помочь?
Тэя на мгновение перевела фонарик на пятнистую физиономию робота и предложила:
– Заткнуться?
Застыв навытяжку посреди темного и заваленного хламом салона, он с заметным трудом удерживал равновесие, но своего единственного ярко-синего глаза с нее не спускал.
– Весьма неожиданно и грубо. Особенно для столь юной особы. Потрудитесь хотя бы представиться. Да будет вам известно, что судно, на борт которого вы так бесцеремонно вторглись, – частная и охраняемая собственность. Что дает мне полное право отказывать незваным гостям.
Напыщенная тирада немного позабавила. На Терике Тэе не доводилось сталкиваться с живыми механизмами, но она о них слышала. Пилоты в Остове часто рассказывали байки. Иногда их истории представлялись чистейшей нелепицей, но время от времени попадались и те, которые Тэя могла слушать часами напролет. Одна из таких историй как раз повествовала об одном бродячем роботе, который познакомился с одной многодетной семьей и так сильно к ней привязался, что стал кем-то вроде няньки. Но у семьи был враг, который желал им смерти, и когда его чудовищное желание осуществилось, робот взял на себя роль мстителя и не успокоился, пока не уничтожил обидчика.
Впрочем, едва ли та история была хоть как-то связана с тем многоруким доходягой, между сочленений которого живые пауки свили себе гнезда.
Заложив темную прядку за ухо, Тэя вежливо поинтересовалась:
– Ты что-то вроде мажордома? Вряд ли охранник. Для охранника ты как-то чересчур плохо следишь за вверенным твоим заботам имуществом. Хотя, и для мажордома – тоже.
– Я – Тай-Ко…
– Я это уже слышала.
– Я… – Он вдруг запнулся и несколько секунд хранил молчание. – Я… Я совершенно не помню, кто я.
– Ты же только что сказал, что ты – Тай-Ко.
– Да, но… похоже, это единственная информация о моем прошлом, которая сохранилась в памяти. Я словно чистый лист… с заглавием.