– Ко, я передумала.
– Тоже мне новость, – буркнул робот.
Тэя, чей взгляд по-прежнему оставался устремлен в точку далеко за пределами реальности, успешно проигнорировала шпильку и сообщила:
– Сейчас же летим к Мадам!
[1] Квиттарианцы – разумные обитатели планеты Квиттара, примечательной особенностью которых является наличие от шести и более рук. Рекордсменом считается престарелый вождь племени, у которого насчитали двадцать полноценных конечностей с семью пальцами на каждой.
[2] Адис Лейр – единственный орден, сумевший пережить Первую войну лейров. С той поры, как граф Занди Первый одержал сокрушительную победу над силами лейров у планеты Шуот, Адис Лейр, решившие не принимать участие в «последней битве», ушли в глубокое подполье. Тогдашний Навигатор ордена издал указ, по которому лейрам запрещалось открывать своею существование Галактике. Адис Лейр превратились в тайную секту наемных убийц и воров, исполнявших волю сильных мира сего. Об этих и других событиях, связанных с Адис Лейр, подробней рассказывается в романе «Ремесло Теней. Игла Дживана».
6
Во всей Галактике не было бродяги, вора, контрабандиста или свободного торговца, чья жизнь тесно переплетена с космосом, и который не слышал бы об «Асимметрии» и ее своенравной владелице.
Мадам – имя, которым пугали своих чад жители орбитальных поселений. Мадам – кошмарный сон риоммских пограничников. Мадам – броское прозвище космической пиратки, одно только упоминание которой в буквальном смысле заставляло рыдать кое-кого из богатеев. Имя Мадам служило синонимом ужаса, и пускай находились смельчаки, искавшие с ней личной встречи, долго и счастливо они после этого не жили.
Во всяком случае, так гласила молва.
Тэя сплетням никогда не доверяла. Воспитанная в строгих условиях и по правилам служительниц, а позже прошедшая еще более суровую школу жизни в университете, она давно привыкла проверять любые сведения, какие только попадали в поле ее внимания, на истинность. И глупые толки о Мадам исключением не были.
В каком-то смысле, даже их первая встреча оказалась своеобразным итогом расследования, которое Тэя провела втайне от своих университетских кураторов. Ее тогда заинтересовала череда загадочных смертей, прокатившихся по антикварным лавкам, специализировавшимся на торговле лейровским барахлом. В самих убийствах никто особо разбираться не стал. Местные силы правопорядка, как один, сочли, будто ничего более тривиального, чем скоропостижная смерть того, кто пытался разбогатеть за счет вещичек, везде и всюду считавшихся проклятыми, нет. Тэя же на это имела собственное мнение, с официальным мало в чем совпадавшее. Уже тогда обнаружившая сходство между Межой и Тенями, которыми лейры до своей гибели манипулировали, она принялась проводить еще больше параллелей и, как только поняла, что максимально приблизилась к выводу полного тождества, столкнулась с серьезным препятствием в лице Мадам.
– Спишь на ходу, – со своей обычной бесцеремонностью вклинился Тай-Ко в мысли Тэи.
– Я никуда не иду.
– Но все же спишь. Даже рот открыла. Окажись поблизости муха, могла бы залететь.
Тэя фыркнула и перевела взгляд с приборов на обзорный иллюминатор, за которым маячила ни с чем несравнимая яхта пиратской королевы. Достаточно элегантно скроенная, чтобы не вызывать ужас при первом появлении, «Асимметрия» напоминала сплющенную по бокам хищную рыбину, от головы до хвоста покрытую щетиной пушечных стволов. Корпус корабля в отблесках далекого солнца казался фиолетово-черным и все время переливался, подобно истинной чешуе. Рассекающий ночь левиафан.
– Ко, не говори глупостей. Корабль прямо по курсу. Сближайся.
– Не торопись. Дождемся разрешения.
Тон, которым робот взывал к терпению, подсказывал, что роботу не слишком уютно в положении, когда в его сторону нацелены все пушки разом. Но что уж поделать? Такова цена работы с Мадам. Предосторожность превыше всего. И Тай-Ко прекрасно об этом знал, поскольку «Джагава» не раз пересекала условные воды, где владычествовала «Асимметрия».