Она сказала:
– Не знаю, кто ты и что тебе надо, но и знать уже не хочу. Просто оставь меня в покое и топай своей дорогой.
Убрав руки в карманы, он даже отойти изволил, хотя сверлить ее взглядом не перестал, а неугасающей улыбке придал хитроватый оттенок.
– Я бы оставил, да вот беда – мне, видишь ли, известно кто ты. Как и всему Остову в скорости. Спасибо потом скажешь старой Нимм. – Эту фразу он сопроводил небрежным кивком в сторону окон таверны, за обветшалыми занавесками которых маячила физиономия старухи. – Суть в том, что я, в отличие от остальных, видов на тебя не имею, а потому могу подбросить туда, куда ты так стремишься. Места-то тут не самые безопасные, а у меня за углом припрятан отличный прыгун. В одиночку бродить по Терике попросту неразумно.
Все больше ощущая себя жертвой неудачного розыгрыша, Тэя не стала отвечать на улыбку, мрачно, но уверенно проговорив:
– Я не нуждаюсь в проводниках. Сама найду дорогу. А ты окажи любезность и не путайся под ногами. С остальными неприятностями я разберусь.
– Правда? – На долю мгновения помимо туч внутри взгляда Ливня промелькнуло нечто, напоминавшее восхищение. – А ты храбрее, чем я думал.
– Мне все равно. – Она снова попыталась его обойти. И снова неудачно. Как навязчивый попрошайка, он заслонил ей путь.
– Да ну? А если я скажу, что знаю, что ты ищешь? Это изменит твое мнение?
Тэя даже переспрашивать не стала. Ее осенила догадка, которую она тут же и выдала:
– Тебя Мадам подослала?
Ливень заморгал так часто, будто она ему в глаза пригоршней песка зарядила.
– Мадам? Не та ли эта Мадам, что кошмарит добропорядочных торговцев в Рукаве Лефран? Да, мы в нашем захолустье о крутых пиратках тоже слышали. Но нет, не имею к ней ни малейшего отношения.
Тэя не поверила, и он это понял. И даже как будто печально вздохнул.
– Ладно. Что, если я просто скажу, что узнал кораблик, на котором ты прибыла? Что, если я скажу, что он когда-то принадлежал моей матери?
То был один из тех редких моментов, когда Тэя засомневалась в здравости собственного рассудка.
– Повтори, – выдохнула она, нервно облизав губы.
Но он лишь усмехнулся, развернулся на пятках и пошел себе вдоль дороги, тихонько насвистывая.
– Эй!
Ливень остановился и оглянулся через плечо. Улыбка на его лице так и сияла.
– В чем дело, радость моя?
Ей стоило огромных усилий не подскочить к нему и не отвесить хорошую оплеуху. С трудом удерживая на месте рвущееся из груди сердце, она проговорила:
– Ты знаешь, в чем! Повтори, что ты только что сказал!
– А-а-а, ты об этом…
Он рассеянно поводил головой по сторонам, бесцельно, как турист, разглядывающий незнакомые окрестности, и будто бы над чем-то поразмыслил. В этот момент в его простоватой, обыденной внешности проступило нечто… аристократическое. Но не только. Было в нем что-то и от шаддоков. Что-то едва уловимое, но при этом неоспоримое. Тэя даже несколько раз моргнула, чтобы убедиться, что это не иллюзия.
Он снова посмотрел на нее. С плутоватой улыбкой, как и прежде.
– Думаю, ты найдешь мою историю захватывающей. Но для этого должна будешь отправиться со мной. Как тебе такая сделка? Составь мне компанию, и я расскажу все, что только захочешь.
[1] Чернозубка – вид грибов, произрастающий на Терики. Крайне ядовиты в сыром виде, но тщательно просушенные и правильным образом сваренные побеги являются основой для тонизирующих отваров. Весьма нелюбим Тэей за чрезмерную терпкость во вкусе.
[2] Риомм – практически целиком покрытая океаном планета близ Ядра. Официально считается колыбелью человеческой цивилизации и столицей Риоммской Империи, чье могущество простирается на половину Галактики.
Яртелла – заснеженный мир, далеко за пределами Рукава Лефран и самых оживленных торговых маршрутов. Место, где лейры укрылись от уничтожения в Первой войне лейров, но не пережили Вторую.
Обе планеты часто противопоставляются как антиподы.
[3] Ржихи – мелкие птицы-синантропы, знаменитые своими дикими воплями и неуемной тягой к скоплениям мусора. На Терику попали с чужаками и впоследствии сумели адаптироваться. Ходят слухи, будто шаддоки сумели приручить ржих и вывести из них мясную породу.