Тэя обернулась. Хохлатые птицы, что не переставили внимательно за ней наблюдать, сгрудились у самого края своего закутка и, вытянув длинные шеи, как будто бы ждали, что гостья предпримет.
Решив лишний раз не нервировать бедных созданий, Тэя собралась с духом и наконец ступила под своды того, что когда-то служило спуском в древнее и таинственное убежище лейров.
Откровенно говоря, Тэя была готова согласиться с Тай-Ко, что соваться на Марикар было чистейшей воды авантюрой, но призналась бы в этом вслух только под дулом бластера.
На сей раз позволив фонарику парить над головой, она осторожно ступала по более-менее сохранившему свою целостность подуровню, следя, чтобы не оказаться под какой-нибудь из опасно накренившихся колонн. Те с горем пополам еще поддерживали остатки высокого потолка, а большую часть прорех закрывал собой естественный зеленый полог.
Само собой, сплетенные лозы не могли заменить настоящей кровли, и потому внутрь через нередкие прорехи спокойно сочилась дождевая вода, собираясь в низинах между вздыбленных плит. Пахло сыростью и чем-то еще, отчего у Тэи появилось стойкое желание почесаться. Казалось, воздух вокруг пропитан нехорошими флюидами. Легко предположить, что здесь мог свить гнездо кто-то из местных хищников, но Тэя была убеждена, что с живой природой ее ощущение никоим образом не связано. Памятуя о тех немногих, но ценных уроках Матери-настоятельницы, она знала, что любая сила, особенно такая мощная, как Межа, непременно оставляет следы.
– Даже, когда ни с того ни с сего исчезает…
Само собой, Тай-Ко принял замечание на свой счет.
«О, смотрите-ка, кто со мной заговорил! Истосковалась в тишине и одиночестве?»
Тэя откинула капюшон, обнажив слегка примявшиеся и чуть намокшие волосы цвета паатовой[9] коры. Длиной немного не доставая плеч, они аккуратно завивались на кончиках.
– Не особенно, – сказала она.
«И зря, смею заметить. Потому что я расшифровал те твои знаки».
– Они не мои, но ты продолжай.
«Похоже, это был обычный аванпост. Ничего примечательного. Во время Первой войны, таких по Галактике настроили столько, что перебирать утомишься».
– И на этом все? – Жестом приказав фонарику подняться выше, Тэя прошла вглубь развалин. Редкие части внутренней отделки, что не пострадали от пальбы и времени, выглядели по-настоящему любопытными образчиками лейровской архитектуры. Из куцых трактатов, которые удалось раскопать в архивах университета, она знала, что повелители Теней, как лейров прозвали в народе, питали немалую слабость к изяществу и минимализму в зодчестве. Вот только, несмотря на все это, умудрялись оставлять на всем, чего касались, отпечаток своей внутренней злокозненности. – Ко, ты уверен?
«Разумеется, – откликнулся тот с обидой. – Я же не какой-то там безмозглый погрузчик! Откровенно говоря, я сильно сомневаюсь, что здесь можно отыскать что-нибудь мало-мальски ценное, и ты, сдается мне, прекрасно об этом осведомлена. Тэя, зачем мы здесь? Что тебе сказала Мадам?»
Но Тэя предпочла не обращать внимания на последний вопрос. Ее влекло к себе небольшое возвышение, притаившееся под одной из поваленных колонн. Повторяя форму идеального круга, оно было украшено множеством отливающих темной бронзой символов, стилем похожих на те, что предваряли лаз через скалы, но при этом как будто произвольно разбросанных по всей окружности.
Присев у края возвышения, Тэя обратилась к компаньону:
– Ко, а что конкретно означают те глифы?
«На мой взгляд, ничего существенного. Лишь парочка предостережений. Ну мы такое в каждой второй гробнице встречали».
Тэя вздохнула.
– Ко.
«Ну и кто теперь зануда? – весьма по-человечески фыркнул робот. – Ладно. Сказано, что всякого неразумного, кого путь приведет к здешним вратам, ждет откровение или что-то такое. Последний символ почти не читается, но общую суть уловить не сложно. По мне, так лейры перегнули в драматизме. Ты не находишь? Это ведь даже не храм никакой. Чего они так расстарались?»
– То-то и оно.
«Как прикажешь тебя понимать?»
Тэя по обыкновению любопытство робота не удовлетворила. Склонившись над полустершимися символами, она призвала фонарик обратно в ладонь и приблизила его к одной из графем. Та привлекала внимание тем, что в точности повторяла символ, которым служительницы Межи пользовались, когда изображали амнитору – кольцо с парой V-образных перепончатых крыльев на нем. Причем располагалась эта графема едва ли не посередине радиальной длины окружности, там, где на галактической карте могла бы располагаться сама Терика.