Ливень усмехнулся, наконец-то отпустив ее локоть.
– Почему бы и нет? В конце концов, ты здесь настоящая служительница и это твой старый дом. Попробуй. – Он развернулся в сторону пещеристого лаза, в сумраке которого прятался спуск в тот самый Колодец, куда она в прошлом так и не добралась. – Вдруг получится?
Могло получиться. Должно было. И именно это подтолкнуло Тэю к тому, чтобы отринуть последние сомнения, активировать свой плавающий фонарик и шагнуть на каменную лестницу, винтом уходящую вниз.
С тех пор, как Тэя была здесь в последний раз, ступеньки значительно поистрепались. И прежде не самые удобные, они, казалось, стали еще у́же – места едва хватало на то, чтобы поставить ступню боком, – и куда сильнее проросли тонкими, но очень цепкими корнями некроплюща. Чудилось, будто бледные побеги, в полутьме сильнее всего напоминавшие пальцы какого-нибудь выдуманного существа из детских страшилок, только и делали, что старались подвернуться под ногу или зацепиться за штанину.
– Ты только поаккуратней, идет? – проговорил Ливень, едва не дыша в спину. – Не хочу, чтоб все закончилось трагедией. Особенно из-за нелепой случайности.
Тэя, старавшаяся держаться поближе к неровной стене, на секунду замерла и оглянулась. Фонарь, что по ее указке парил над головой, высветил престранное выражение на лице Ливня – борьбу с искушением или нечто, мало чем от нее отличающееся. А еще она только сейчас заметила насыщенные красные прожилки, видневшиеся в белках вокруг его небесно-голубой радужки. И хотела бы высказаться об этом вслух, да время и место совершенно неподходящими казались. Поэтому молча двинулась дальше.
Тэя даже не представляла, насколько глубокой была яма. В пять метров шириной, Колодец выглядел натуральной бездонной пропастью, конца и края которой не ожидалось. И все же она упрямо шагала, без суеты и спешки, лишь изредка морщась от смрада, поднимавшегося из неведомых глубин. Ливень не отставал.
– А воняет-то здесь отчего так? – выдал он, когда они углубились на добрую сотню ступеней и резкий компостный запах стал практически невыносимым. – Это же не выгребная яма!
– Я думала, ты все знаешь об этом месте. – Тэя не сумела сдержать едких ноток, хоть и не могла отрицать, что от вони даже у нее глаза начали слезиться.
Ливень возразил:
– Но вниз-то я не забирался.
– И что же тебя останавливало? – Тэя чувствовала, что это был один из тех правильных вопросов, ответ на который способен пролить чуть больше света на таинственное прошлое ее спутника.
Тот, взявший привычку устраивать актерские паузы, опять с ответом не спешил. Все смотрел и смотрел в одну точку, что располагалась чуть левее и выше плеча Тэи, пока не заметил с мрачной иронией:
– Примерно вот это.
Тэя резко оглянулась и приказала шару высветить указанный участок стены. Она ждала встретить какую-нибудь тварь, свившую гнездо там, куда уже больше десятка лет никто не рисковал спускаться, но ошиблась. Ничего живого поблизости не было. Что одновременно и удивляло и настораживало. Если уж неприхотливая терикийская живность предпочитала избегать самых укромных уголков, идеальных для гнездования, жди беды. Как только луч фонаря скользнул по обросшей плесенью кладке, Тэя поняла, что не все в этой кладке ладно. Потому что многие блоки, из которых складывался Колодец, были совсем из камня. Часть их вполне успешно заменялась телами, навечно вмурованными во внутренности стены.
– Межа всеблагая! – выдохнула Тэя, чувствуя, что ее мозг противится принимать увиденное за реальность. – Что это?
– Я думал, ты расскажешь.
Оторвать взгляд от жуткой инсталляции было трудно, но непривычная взволнованность в тоне Ливня заставила Тэю оглянуться.
Тот, к его чести, больше не ухмылялся. Наоборот – казался предельно собранным и сосредоточенным. Даже взволнованным. Словно всерьез полагал, что здесь и сейчас получит все ответы.
Но Тэе нечем было его порадовать.
С трудом заставив себя вернуть взгляд к жуткой кладке, она проговорила:
– Я спускалась в Колодец лишь однажды и так далеко не заходила. Не успела. Я не знала… об этом. Я понятия не имею, кто и зачем их сюда замуровал.