— Ах, как это ужасно…
— Невероятно ужасно.
— Я всего лишь хочу помочь ему, Эмброуз, — сказала Вики.
— Все мы этого хотим, милая девочка. Ты можешь преподнести ему какой-нибудь из профессиональных даров. Я знаю, что твоя работа затрагивала вопросы проблемных детей. Вот лично я стараюсь применить профессиональные навыки, чтобы помочь ему.
— В каком смысле?
— В таком, моя милая, что почти тридцать лет я тщетно бился над раскрытием этого чертова убийства. В одиночку. Потому что дело передали в архивы Скотланд-Ярда еще в начале восьмидесятых.
— А Алекс знает, что ты делаешь?
— В некотором роде да. Но мы с ним это не обсуждаем.
— Думаешь, это разумно? Я имею в виду, действовать в одиночку, без его разрешения?
— Боюсь, это единственный способ. Недавно я добился значительного успеха. Если я еще чуть-чуть поднатужусь, чтобы подобраться к ответу достаточно близко, я расскажу ему все.
— Будь осторожен с его чувствами, Эмброуз!
Конгрив взглянул на нее, словно осуждая ее прямоту.
— Извини, я говорю глупости. Я знаю тебя как человека очень тонкой натуры, деликатнейшего и добрейшего. Мне пойти спросить Алекса, хочет он ехать с нами или нет?
— Конечно, девочка моя, конечно! — сказал Эмброуз, и Вики сбежала вниз по изящной витой лестнице, ведущей к апартаментам Алекса.
Как и ожидалось, яхт-клуб был извивающейся, потеющей, слитой воедино массой человеческих тел. Горящие высоко на стенах факелы бросали на танцующих желтые и оранжевые блики. На маленькой эстраде бушевало трио каких-то ямайцев с косичками-дредами.
В воздухе царил запах пота и сладкий аромат марихуаны. Масса веселящихся людей казалась взрывоопасной смесью — не дай Бог бросишь спичку, и она взорвется.
Вики и ее спутники пробивались к бару. Чудесным образом они нашли там три рядом стоящих стула. Алекс, несмотря на увещевания Вики, ехать отказался. Он просто попросил ее присматривать за Конгривом, чтобы тот не попал в неприятности. Настроение Алекса, как показалось Вики перед уходом, значительно улучшилось.
Появился бармен с обнаженным торсом, и Эмброуз представил его Вики, назвав Эменом. Эмброуз заказал бармену два коктейля «Страдающий ублюдок», а Сток заказал диетическую колу. Напитки появились почти немедленно, и Вики жадно потянула коктейль через соломинку.
Выпив до дна этот вкусный яд, она немедля потребовала еще. Пока Эмен обслуживал ее, она осмотрела танцующих и громко сказала:
— В этом месте пахнет сексом!
Сток засмеялся:
— Как догадалась? Нехорошая девочка, привыкла к подобным зрелищам у себя на Юге?
Она снова жадно потянула напиток через соломинку и улыбнулась, посмотрев на Стока.
— Я сказала, что здесь лишь пахнет сексом.
Сток снова засмеялся; Вики заметила, что Сток уже обхватил за талию какую-то симпатичную смуглую девушку, стоящую рядом. Она выглядела смущенной и глупо улыбалась.
— Это Глория, — сказал Сток, и Вики пожала ей руку.
— Мы встречались на пляже сегодня, ловили рыбу, и я преподал ей несколько профессиональных уроков. В результате поймали во-от такую рыбину!
— Такую большую? — улыбнулась Вики, посмотрев на разведенные в стороны руки Стока.
Глория смущенно засмеялась.
— Стокли твой друг? — спросила Глория у Вики с тенью подозрения в глазах.
— Да он каждому встречному друг, — сказала Вики. — Я совершенно уверена, что вы ему нравитесь не меньше остальных. А может быть, даже и больше. — Она ехидно захихикала, что выглядело со стороны довольно странно, и все, кто находился рядом, переглянулись.
— Я работаю здесь, — пояснила Глория. — Сегодня не моя смена, но если вам что-то нужно, говорите, не стесняйтесь.
— Не знаю, как ей, а мне бы хотелось еще порыбачить с вами, — сказал Сток. — Под луной.
Глория снова засмеялась.
— Боитесь, что рыба укусит вас, мистер Джонс? — сказала она.
— Да, — решительно ответил Сток. — Мне кажется, рыба будет чертовски сильно кусаться сегодня.
Засмеявшись, они вдвоем исчезли в толпе.
— Потанцуем, Констебль? — обратилась Вики к Эмброузу, который озабоченно помешивал выпивку пальцем.
— Я как раз обдумывал этот вопрос, — сказал Эмброуз. — Может быть, все-таки стоит забраться на эту проклятую стойку и пойти в плясовую! Думаешь, это неразумно?
Она не стала отвечать, потому что какой-то симпатичный смуглый юноша протянул руку и пригласил на танец, с улыбкой кивнув на танцующих. Улыбнувшись, как бы извиняясь перед Конгривом, она кинулась вместе с красивым юношей в круговорот людских тел.