— Может потому, что мне нечего говорить…
— Все в порядке?
— Все отлично.
— Ты правда готов?
— Правда. Такая же правда, как то, что белый медведь не гадит в лесу.
— Пардон? Что ты сказал?
— Я говорю, конечно же готов. Медведь готов. — Гомес, думая все время о плюшевой игрушке, засмеялся.
— Ну, тогда хорошо. Все хорошо. Мы уже близки к намеченной цели, Элвис. Очень.
— Очень близки?
— Да, амиго.
— Что ты имеешь в виду?
— Думаю, тараканам пора разбегаться из отеля. Понимаешь, о чем я?
— Да, понимаю. Пора освобождать номера.
— Верно. Но не сегодня. Когда придет время, я или Хулио свяжемся с тобой. RC у тебя?
— Да, у меня. В гараже.
— Помнишь, что нужно делать, когда тебе позвонят?
— Нажать маленькую кнопочку слева и, когда она начнет мигать, поставить время на тридцать часов.
— Отлично. Ты не настолько глуп, как говорит Хулио.
— Скажи Хулио, что я готов дать по его жалкой заднице в любое время.
— Я шучу, Элвис, расслабься. У тебя голос какой-то напряженный.
— Напряженный? С чего бы это он был напряженный? Я ведь каждый день убиваю по несколько тысяч человек.
— Такое ощущение, что у тебя еще дурные мысли за душой. Думаю, нам стоит об этом поговорить. Знаешь ли, деньги не будут выданы тебе до тех пор, пока ты не выполнишь наше задание в полной мере. Улавливаешь?
— У меня нет денег? Что, черт возьми, ты…
— Я этого не говорил. Деньги есть. Но их ты не получишь без пароля. Это цифровой код, который позволит тебе снять деньги со счета. Понимаешь, Элвис?
В этот момент Рита сунула свою голову в дверной проем.
— Дорогой, ужин готов. Ты можешь оторваться от телефона?
— Пожалуйста, дорогая! Дай мне секундочку. Я уже заканчиваю.
— Раз уж он к тебе дозвонился, скажи ему, что я обожаю его старый альбом, где он поет дуэтом с Вилли Нельсоном, — сказала Рита и хлопнула дверью.
Господи! Эта шпионская чертовщина его уже совершенно измотала. Он посмотрел на руку, в которой держал трубку, она снова тряслась.
— Послушай, Иглесиас, я свое дело сделал. Ваша биологическая бомба спрятана так, что ее никто на земле не сможет отыскать. Ты позвонишь мне, скажешь заветное слово, и все твои бактерии разбегутся из бутылки, как китайцы с подгоревшими штанами с пиротехнической фабрики.
— Хорошо, хорошо. Я уверен, ты нас не подведешь. Кроме того, тебе есть что терять.
— Я не стану рисковать миллионом, приятель, уж поверь мне.
— Речь не только о деньгах, сеньор.
— Что это значит, черт возьми?
— Если ты не сделаешь в точности — именно в точности того, что я тебе прикажу, если будет хоть малейший намек на глупость, трусость или сомнение с твоей стороны, ты потеряешь не только деньги, Гомес.
— Может, скажешь мне, что ты имеешь в виду?
— В Майами у тебя живет тетушка Нина. Она не будет страдать. Девятимиллиметровая пуля в затылок, и все. Однажды ее труп обнаружат в багажнике взятой напрокат машины на дне болота где-нибудь в Эверглейде.
— Ты…
— Потом, конечно же, есть твоя милая Рита. Но она будет последней. Перед тем как умереть самой, она будет лицезреть смерть двух ваших дочерей. Их имена — сейчас посмотрю… Тиффани и Эмбер. Сначала Тиффани, потом Эмбер, затем Рита. Они, в отличие от тетушки, будут умирать медленно. Соображаешь, Элвис?
— Думаю, ребята, вы там все обкурились. Наезжаете на меня просто, чтобы…
— Удачи, Элвис. Просто я хочу дать тебе понять, с кем ты имеешь дело. Мы следим за каждым твоим шагом. Будь хорошим мальчиком. Мы скоро свяжемся с тобой.
— О Господи, как вы меня уже достали, — сказал он и положил трубку. — Как меня все достали.
36
Он вел свой маленький шлюп в крутой бейдевинд вдоль сверкающей на солнце лазурной бухточки. С северо-востока дул освежающий бриз, и «Пустельга» с приличным креном развивала скорость до восьми узлов, приближаясь к острову Свиньи. Впереди, между Свиньей и ближайшим соседом — островом Сосновый Риф бурлило течение. Он должен был поменять галс до входа в течение, а потом безбоязненно заходить в лагуну.
— Мы ляжем на другой галс через несколько секунд, — сказал Алекс.
— Я могу чем-то помочь? — крикнула Вики, сидевшая на палубе прямо за мачтой. Ее кожа была обильно намазана кремом, чтобы не обгореть, за спиной развевались длинные локоны. На ней был ярко-красный купальник, поверх которого красовался полупрозрачный шелковый топик.
Алекс не ответил, он смотрел на едва трепещущий парус. Вики не знала, злился ли он на нее за разговор прошлой ночью.