— Три года.
— Тебе с ним было хорошо?
Я понимаю, что я не могу ответить «нет», так как я очень уважаю моего партнёра.
— Да.
И мы снова оба замолчали.
Я не знала, что можно ещё спросить, а он что ответить на мое «да». Я понимаю, что Зейн не любит его и даже не называет его имя, но черт возьми, я люблю его и не имею права говорить что-то плохое о нем.
— Ладно, Хейли, попытайся всё-таки уснуть. Спокойной ночи. — быстро проговорил он и бросил трубку.
Я, понимая что больше не усну и мне придётся сидеть одной до утра, сказала в пустоту:
— Спокойной ночи.
10
Сонная, с ужасным настроем и озлобленная на этот мир я приехала на работу, которую, я сама не заметила как, начала недолюбливать. Предполагаю, что это из-за шефа-козла, которого я сейчас не хочу видеть.
Мне не страшно, нет. Мне противно осознавать то, что Браун пытался ко мне лезть. И успокаивал или взбадривал только тот факт, что за меня позавчера заступился Зейн.
Я не знаю так это или нет, но наверное мы с ним...подружились вроде бы.
Я не могу сказать, что мне не нравится с ним общаться, ведь это на самом деле не так. Просто меня пугает тот факт, что я в последнее я слишком часто думаю о нем, порой даже больше, чем об Адаме.
И мне кажется, что ещё чуть-чуть и я узнаю всю правду о них. Это будит во мне азарт.
Но так же я боюсь, что смогу уступить каким-то глупостям рядом с ним, ведь чаще всего я себя не контролирую рядом с Зейном.
Я сидела за столом и делала вид, что строю графики, хотя я была парализована своими мыслями на некоторое время. Браун стал более спокойным после этого инцидента, но но иногда всё-таки просачивался флирт. Как хорошо, что за все это время я видела его всего лишь пару раз.
Мне уже успел позвонить Адам и предложил забрать меня с работы, но я отказалась, так как мне нужно посетить Зейна.
В голове сразу калейдоскопом пронеслись воспоминания сна, который мне приснился ночью.
То, как они оба меня целовали. То, как я желала их. То, как наслаждалась я при каждом касании.
Я тяжело выдохнула, закусив губу.
И тех мальчишек, за которыми они стояли. Вспомнила того, который улыбался и того, который плакал.
— Я смотрю ты усердно работаешь. — вдруг избавила меня от мыслей Джули.
Я быстро перевела взгляд с экрана компьютера на подругу, которая уже успела сесть за соседнее кресло.
Вероятно, я действительно смотрелась странно, просто сидя и смотря в одну точку, двигая компьютерной мышкой по столу.
— Ты выглядишь ужасно. — заметила она, пристально уставившись на меня. — Сонная, уставшая и напряжённая. Что-то случилось?
— Кошмары. — ответила я, снова уставившись в экран.
— И что тебе снилось? — продолжала допрос Джули.
— Сущий бред. Я не хочу это вспоминать, прости. Я в порядке.
Я действительно не была уверенна стоит ли просвещать Джули в этот кошмар или нет. Возможно, мне в правду стоит выговориться кому-то и попросить совета, но с другой стороны, вдруг она не поймёт меня? Я не хочу ухудшать наши с ней отношения.
Как только я сюда утроилась, то чувствовала себя потерянной, будто белая ворона в этом коллективе. Но она подошла ко мне и своей белоснежной и доброжелательной улыбкой сразу очаровала меня. Она тот человек, который постоянно спасает мою задницу, которая так и просится новым приключениям преследовать её.
— Хейли, я же вижу, что ты что-то не договариваешь. — продолжила обеспокоено подруга, хватая меня за руку.
— Это все очень сложно. Я обязательно тебе об этом расскажу, Джу. Обещаю. — ответила я, улыбаясь ей.
— Хорошо. — кивнула она. — Может чай?
— Кофе. Много кофе.
— Как скажешь, милая.
Мой телефон начал вибрировать и я посмотрела на дисплей телефона.
Зейн.
Неужели приём отменяется?
— Алло. — ответила я, прислоняя телефон к уху, и, всё-таки, решившись начать заниматься графиками.
— Хейли, добрый день. Я звоню предупредить тебя, что приём на сегодня отменяется.
— Что? Но почему? — нахмурилась я.
— Ты почти в порядке, что не сказать о пациентке, которая просит меня перенести её приём.
— Но Зейн, мне нужно попасть на этот приём! Ты мой психолог, ты должен выслушивать меня, не так ли? Сегодня ночью я чертовски испугалась и мне нужно обсудить это с кем-то. Я хочу обсудить это с тобой. Мне нужно обсудить это с тобой.
Снова это молчание в трубку. И снова я чувствую это напряжение из-за того, что я не вижу сейчас его лица и не знаю, о чем он сейчас думает.
— В десять вечера и без опозданий. — последнее, что сказал он, прежде чем бросить трубку.
В десять? Приём же был на шесть?
Я посмотрела на часы. Пол пятого. Неужели мне тут ещё торчать четыре часа?