— Я не хочу, чтобы за меня переживали. — ещё более раздраженно ответил Зейн.
— Почему?
— Потому что, Хейли. Если я это делаю, значит на это должны быть свои причины.
Не могу поверить в то, что лучший психолог штата в итоге оказался наркоманом.
И за этого лучшего психолога я сейчас чертовки переживаю. Какие должны быть причины, чтобы сам себя так убивать!?
— Ты понимаешь, что не все могут выкарабкаться от этого?
Зейн фыркнул.
— Дорогая моя, что ты знаешь о подпольном Нью-Йорке?
Что он сейчас сказал? Подпольный Нью-Йорк?
— Что? — нахмурилась я.
— Все ясно. — насмехнулся он надо мной. — Ты не видела обратную сторону Луны города, в котором живёшь.
— Так просвети меня.
Зейн привстал, находясь со мной на одном уровне. Наши лица были в нескольких сантиметрах друг от дура. От такой близости по спине прошла дрожь.
— В Нью-Йорке дохрена точек по производству собственной наркоты. И почти все они принадлежат одному человеку – Дэвиду Блэку. Он создаёт наркотики по своей формуле. Они расслабляют, приносят кайф, но у тебя нет такой зависимости, как от обычных банальных внутривенных. Да, иногда сложно себя сдерживать, но со временем проходит.
Я смотрела на него с широко раскрытыми глазами. То, что только что услышала долго переваривалось в голове. Что вообще может быть в голове, чтобы начать страдать такой, черт возьми, херней!? Как можно тратить сумасшедшие деньги на то, что тебя постепенно убивает...
— Что тебя заставило принимать их? Ты же психолог, мог себя заставить обойтись без этой дряни.
— Иногда есть такие обстоятельства, которые не спрашивают у тебя профессию.
— Ну уж нет! — возмутилась я. — Это отмазка. Обстоятельства, значит...При любых обстоятельствах можно найти нормальный выход, а не колоть себе... как ты там сказал? «Облегченную наркоту». Наркотик есть наркотик и от него нужно избавляться.
Меня вывело из себя ещё больше то, что на мои слова он лишь улыбнулся глядя на меня.
— Уэйн, когда ты так говоришь, то все кажется таким лёгким. — сказал это он в сантиметре от моих губ.
Через секунду Малик поцеловал меня. Но не с языком, просто чмокнул. И это мне показалось гораздо интимней, чем что либо другое, деланное нами. Но даже от такого мимолетного касания волосы по телу встали дыбом, сопровождаясь маленьком дрожью.
— Если ты думаешь, что мы замяли эту тему, то ты ошибаешься. — наконец отрезвев от мыслей в моей голове, отозвалась я.
Зейн поднялся с кровати и медленно подошёл к окну. Эта картина заставила меня облизнуть губы.
— Почему тебя так это волнует?
— Я не знаю.
— Может, все таки знаешь, но сама не признаешь ещё? — обернулся он ко мне.
— Неужели кто-то включил психолога? — съязвила я, поднимаясь следом за ним.
Погода за окном была солнечной, а золотые листья только больше поднимали настроение. Я не знаю сколько время, но людей на улице было много. И все они куда-то стремглав спешат.
— Ты живешь что ли в своём кабинете?
— Нет, но люблю тут оставаться на ночь.
— С хорошей пациенткой. — подколола я и мне почему то захотелось оторвать себе язык.
Зейн нахмурил брови, подходя чуть ближе ко мне.
— Ты думаешь я трахаю всех моих пациенток?
— Я этого не говорила.
— Но ты об этом думаешь.
— Нет.
— Не обманывай меня. Если тебе станет легче, то скажу тебе, что это не правда.
— Мне вообще все равно. И не нужно передо мной оправдываться.
— Ты сама заставляешь это делать. — он фыркнул. — Никогда таким раньше не занимался.
— Бедные твои бывшие.
— У меня нет бывших. — безразлично ответил Зейн, начиная одеваться.
— Почему?
— Уэйн, мне надоела твоя глупая викторина. К тому же, у меня скоро пациент.
— Это намёк на то, чтобы я свалила?
— Это намёк на то, чтобы ты не забивала мне голову тупыми вопросами. — он ненадолго замолчал. — Если хочешь оставайся тут.
Я понимаю, что мне бы хотелось остаться с ним сейчас, но меня ждёт Адам дома. Так же пугает тот факт, что я резко так спокойно начала к этому относиться, хотя дело касается моего парня и...любовника?
Нет, Хейли.
Любовника близнеца.
— Нет, я пойду домой. — отказываюсь, хватая пальто.
Я правда не знаю как объясню Адаму мой внешний вид. Зачем я написала по пьяне ту чертовщину? Как я могу ехать на работу в домашней одежде?
Собравшись, я уже направилась к выходу, но Зейн остановил меня, взяв за руку. Удивленно обернулась к нему, тот стоял, что-то явно хотев сказать. Но молчал.