- Хоспади Иисусе! - вскрикнула Лерча, и села в кровати, вытирая слюну с щеки.
- Нет, это всего лишь я...
- Мать, что это с тобой? Ты прошла афганскую войну? - округлив глаза, она осмотрела меня с ног до головы. - Что у тебя на ногах?
- Просто... Молчи, — я сбросила грязные порванные тапки, и рухнула в кровать лицом в подушку.
В этот момент внутри меня прорвало слёзопровод. Я заревела так, будто мне палец дверью прищемили.
- Мать, мать... Твою ж мать... - Лерча подскочила с кровати, и засуетилась вокруг меня. - Что этот подонок сделал?! Я ему глаз на жопу натяну!
- Ни - че - го!!! В том то и дело! - хлюпая носом, сказала я.
- В смысле?
- У нас ничего не было... Я просто спала в его кровати, а утром по-тихому слиняла, —растирая слёзы по щекам, поведала я о своих приключениях.
- Ох ты и тормоз... Просто, обнять и плакать, —Лерча критично смотрела на меня, качая головой.
- А ещё я просрала светкины "лабутены", —заревела я с новой силой, давясь соплями.
- Ой, да забей, с "Овощевода" её "лабутены"... Хер с ними, не велика потеря, — она села рядом на кровать, и похлопала меня по спине. - Успокойся, и расскажи, что там произошло у вас.
После моего подробного сбивчивого рассказа, Лерча молча встала и ушла на балкон курить. А я осталась одна, всё ещё содрогаясь от всхлипов. Когда подруга вернулась, её лицо было серьёзным как никогда.
- А знаешь, что случилось на самом деле? - спросила она, уперев руки в бока.
- Что? - недоумённо спросила я.
- Ты просрала не "лабутены"... А единственного стоящего парня в этом чёртовом городе, —Лерча выглядела устрашающе, её ноздри воинственно раздувались.
- Чеееего? Это что ещё значит?
- Я вообще не представляю, как он мог тебе не присунуть. Ты же уже была в его логове, —Лерча нервно ходила по комнате с видом заправского детектива.
- А точнее, в логове его родителей, — пробурчала я. - Не знаю... Может быть он понял, кто я, и ему стало противно?
- Ты иногда такую херь несёшь. У тебя маргарин в башке что-ли? - подруга сердито нахмурилась.
- Лер, да у него такой выбор разносолов. На кой ему такая унылая рыба-капля, как я?
- Так, ладно, слезами делу не поможешь. Подбирай давай сопли, —скомандовала подруга.
- Мне ещё на работу надо идти, —простонала я, и упала лицом в подушку.
- На какую их своих всратых работ тебе надо?
- В офис, я же утром должна была поубирать.
- Твои работы реально от слова "раб". Когда ты собираешься уволиться? Это же были временные варианты, а стали постоянными, —гневно размахивая руками, Лерча ходила по комнате, вызывая завихрения воздуха. - Такое ощущение, что ты сама себе злая мачеха и сводная сестра падла.
- Ты же знаешь, что я коплю на камеру, — заскулила я.
- Мы придумаем что-нибудь другое. Сходи, уволься сейчас же, —лицо подруги пылало, лоб вспотел, она была настроена решительно.
- Но как? Я не могу! Еще две недели надо будет отработать, —запротестовала я.
- Тогда отработаешь, но заявление сегодня напиши!
- Лер, а как же деньги?
- Деньги - пыль... Разберёмся!
Не знаю почему, но я хотела верить этой сумасшедшей. Она была настолько уверена в себе, и самое странное, во мне...
В этот день я написала заявление на увольнение, а завтра мне предстояло то же самое в "Между булок".
С телефоном дела обстояли плачевно. В сервисе его приняли, но гарантий никаких не дали. Загадочно сказали ждать, и больше ничего. Я купила себе дешманский кнопочный телефон, и вставила в него новую симку.
"Всё! Полное обнуление..."
Я периодически возвращалась мысленно к словам Лерчи, может парень и правда стоящий. Но если я буду пользоваться старой симкой, и он не позвонит, это будет больнее вдвойне.
"Тоже мне... Идеал... Обычный избалованный мажор. Сдался он мне... Одни проблемы с таким будут."
Но последним воспоминанием перед сном было тепло его мягких губ со вкусом горчицы.
...
На парах я несколько раз чуть не треснулась головой об парту. С недосыпом надо было что-то делать. Пообедав в студенческой столовой, я отправилась прямиком в "Между булок". Уже на подходе к работе, я заметила неистовый движ в заведении напротив. Гигантская жёлтая тряпичная кукла судорожно извивалась под напором воздушной пушки, зазывая гостей. На всю орала музыка, промоутеры раздавали шарики и флаеры. Но хуже всего была огромная яркая ростовая кукла в виде сочного хот-дога.
"Етишкин корень! Они открылись! Да чтоб меня!"
Я прищурилась, напрягая посаженное за время учёбы зрение, чтобы рассмотреть название заведения конкурентов.
"HOT DOGGY STYLE?! Да вы шутите!!!"
Я почувствовала как закололо в подмышках. Сердце колотилось как оголтелое, всё внутри кипело, будто мне нанесли личное оскорбление.