— Хорошо, я просто назову это «работой, о которой нельзя упоминать». Почему?
— Джин Ён сказал вчера, — сказал Зеро. — Когда он сказал тебе не говорить об этом и не вытаскивать Меч из Между. Превращать вещи в реальность — реально, и придавать им более конкретную форму — тоже реально. Имена, слова, концепции — всё это может повлиять на окружающий мир, если ты будешь произносить их слишком громко или слишком часто. Если ты будешь вести себя так, будто они правдивы, они могут стать правдой.
— Блин, — сказала я, дрожа. — Выходит, не стоит слишком много говорить об этом, иначе я могу вызвать это к жизни, даже если мне этого не хочется.
— И… — Зеро заколебался. — Будь осторожна с теми, кому называешь своё настоящее имя. Чем дольше ты остаешься как Пэт, тем безопаснее для тебя: ты человек, но слишком часто бываешь в нашем мире, чтобы чувствовать себя в полной безопасности.
— Ну и что, если у тебя есть настоящее имя человека, ты можешь типа нашептать какую-то фигню на него? — я уставилась на него. — Погодь, это слабость Запредельных? Потому что людей учат, что палки и камни могут сломать мне кости, но имена никогда не причинят мне боли.
— Да, — сказал Зеро с лёгким вздохом. — Людей учат этому не просто так, а по причине, о которой они давно забыли. Создавая для себя иллюзию неверия, они ограждают себя от того вреда, который в противном случае могли бы причинить себе, разбрасываясь своими именами по всему миру.
Я ухмыльнулась.
— Кто бы мог подумать! Люди обладают силой, которой нет у Запредельных!
— Это очень маленькая сила…
— Брехня! — честно призналась я. — Она грандиозна. Я меняла всякую всячину Между, просто говоря им, — нельзя сказать, что это не представляет большой опасности Запредельных, особенно если я знаю их имена. Что, если я попытаюсь изменить их на что-то другое? Типа на что-то неживое?
— Если бы ты сделала что-нибудь подобное, они, вероятно, забрали бы тебя силой и сделали королём, — сказал Зеро, его взгляд был особенно ледяным.
— Оу. Верно. Дошло. Не превращать Запредельных в хлам, даже если я знаю их имена. Но это всё равно означает, что они не могут сделать со мной ничего подобного, верно?
— Им и не нужно, — холодно сказал Зеро. — Они могут просто убить тебя.
— Неа, в этой ситуации, спорим, я буду у тебя за спиной, — сказала я ему. — Сначала они должны убить тебя, помнишь?
Холодность мгновенно исчезла, и Зеро по-настоящему рассмеялся. Несколько раз за один день. Боже мой.
— Рад видеть, что есть хотя бы один мой совет, которому ты регулярно следуешь — сказал он. — Очень хорошо. Тогда будь добра последовать и следующему совету: когда я буду торговаться с тритоном, держитесь от этого подальше. Всегда мудрее поручить кому-то другому заключить сделку за тебя, когда это что-то, чего ты особенно хочешь.
— Принято, — сказала я и показала ему поднятые вверх большие пальцы. Дело не в том, что я не доверяла Зулу: я доверяла Зеро с самого начала, вот и всё.
Глава 7
На этот раз мы прождали у двери Маразула около пятнадцати минут. Я тоже прекрасно представляла, чем он занимался в это время: ставлю большую часть своей несуществующей зарплаты, что Зул был там, вытирался и садился в инвалидное кресло. Возможно, пытался немного успокоиться. Он определённо не хотел находиться рядом с Зеро.
Когда дверь, наконец, открылась, она снова открылась сама по себе, и мы услышали голос из глубины, сказавший:
— Войдите.
Я шла впереди, что было приятно для разнообразия, в то время как Зеро молча разглядывал стены резервуара по обе стороны от нас и следовал за нами. Впереди жалюзи были опущены, пропуская солнечный свет, а на стенах танцевали тени и отражения воды. Когда мы вошли в гостиную, на кофейном столике уже стояла еда, а из кухни доносилось какое-то движение — Зул катался по кругу низкого кухонного стола с подносом, прикреплённым к его инвалидному креслу.
Сначала он поставил чашку кофе передо мной, что было странно, учитывая, что на кофейном столике уже были еда и напитки, затем поставил ещё одну перед Зеро и одну перед собой. Покончив с этим, он открепил поднос и спрятал его под кофейным столиком, а затем отвесил что-то вроде поклона в сторону Зеро.
— Можешь это выпить, — сказал он мне.
Это тоже показалось бы странным, если бы не тот факт, что еда и напитки на кофейном столике, на первый взгляд, были не совсем… подходящим.
На самом деле, они были мутными и пахучими, с какой-то магией, которая, возможно, была Между, вялящим на вещи, но, возможно, и не влияющим.