–Вот зачем я сюда поехал ,сидел бы ,пил водку дома –
-Можно продумать, ты сейчас другим занимаешься ?–
-Логично –вяло отвечал он. На эмоции сил уже не было -Здесь хотя бы мозг никто не выносит -
Играли в карты .Общая замкнутость пространства и вынужденное безделье полностью атрофировало волю. Не хотелось читать , думать …мы могли только ждать . На большее нас не хватало: мы принадлежали толпе ,а там каждая минута должна быть суетливо –бездеятельной . Там я был нужен сам себе , чтобы громогласно нести чушь перед хорошенькими ,идти с понимающим видом на фильмы андерграунда ( это было актуально)… Доставать из дефицита ,записывать музыку .Но здесь домашние навыки выживания оказались ненужными .А что делать? Вспоминать разносолы с юбилеев , как герои Аверченко после революции , перебирающие в памяти кулинарные изыски прошлого …Ущербно. Какое это имеет отношение к бесконечному лежанию на кроватях ? Куда нам до терпения чукчей или местных с их спокойствием . Когда после недели под снегом можно начинать разгребать сугроб наметенный сверху. Оказывается ,во время заточения можно не подпрыгивать в норе до образовавшегося потолка и доказывать окружающим «Вот он я!», потому что никого рядом нет. Можно сделать паузу и задуматься в неподвижности .Но обстановка не подходила к размышлениям … Я слишком зависим от внешних обстоятельств. Сейчас мне не хватало света торшера ,укутанности клетчатым пледом , хорошей книжки … Здесь же из чтива была только инструкция по пожарной безопасности. Уюта тоже не наблюдалось . в качестве женщин –бесстрастные поварихи . Они бесконечно лепили пельмени ,заполняя ими большие доски и свой временной вакуум, и выносили их в предбанник замерзнуть. Это напомнило мне времяпровождение нашей семьи перед родительской командировкой . Точно также делалось приличное количество пельменей мне на неделю , после этого мама с отчимом уезжали в Москву ,а я оставался один.
На четвертом курсе познакомился с молодой преподавательницей . Она пришла ко мне с компанией встречать Новый год. После предутренних проводов вялых гостей ,Наташа молча направилась в спальню на ходу стягивая через голову платье и бренча многочисленными браслетами и цепочками . В рассветной серости утра я очнулся , увидел рядом юное теплое тело : из одежды на ней осталась только бижутерия ,залез на сонную и бурно выплеснул себя на ее живот. -Люблю !- подумал я ,благодарно обнимая ее за грудь, еще не придя полностью в сознание. В юношестве все воспринимается с восторгом и благодарностью , тем более женщина тем более ее …. . Вечером пошел провожать домой . Поднялись к ней ,она втолкнула меня в свою комнату и стала расстегивать на мне брюки
–Ну, очень хочется –А позже играла на пианино, пронзительно пела пошлый романс «Не уходи !»а я… чувствовал себя чеховским женихом среди салфеток ,пианино, засушенных букетов и страстных взглядов . По ее замыслу хлопанье ресниц и расширение глаз в мою сторону должно было изображать любовь, но кроме как «Поебаться», я в них ничего не смог увидеть. Был смущен «Зачем же так при подругах?» .Впрочем, на отношения двух тел это не повлияло. Позже я научился отличать женские потребности от чувств, понял, что девушки обращаются не ко мне и стал окончательным циником . Спустя месяц нашего знакомства ,в начале февраля мне дали почитать «Мастера и Маргариту». Изучение книги совпало с очередным отъездом родителей . Я так увлекся фантасмагоричностью сюжета и невиданной до сих пор свободой мысли ,что пропустил неделю занятий в институте ,лежал дома ,читал описание бала в романе ,при этом у меня подпрыгивал и искал выплеска. После утренних лекций приезжала она .Мы занимались взаимопроникновением ,пока обессиленные не засыпали .В сумерках я нашаривал на полу книжку ,открытую на сцене вечеринки у сатаны .После перечитывания у меня опять становился каменным. Иногда я просил ее станцевать для меня только в чулках , иногда просто поворачивал ее на спину , а после отключался и лежал недвижимым ,пока не кончалась катушка на магнитофоне рядом с кроватью .Ночь проходила в полубодрствовании. В сновидениях являлись ряды голых женщин и вновь требовалась она .Утром Наташа уходила в институт ,а я оставался детально изучать роман . Иногда выходил за хлебом в ближайший подвальный магазин, а заодно звонил родственникам и сообщал, что все порядке и приезжать ко мне не надо . Шел к телефонным будкам на углу квартала. Из темно-серого неба сыпал редкий снег, образовывавший сначала сугробы, а потом горы до второго этажа. Навстречу мне шла очередь заводчан со смены .С бывшими одноклассниками в ней я здоровался. Черные точки растекались по подъездам , шли в детский садик, самые юные в подвальный магазин и там замирали ненадолго среди деревянных ящиков на заднем дворе .Бригадами пили портвейн, что сегодня «давали» или на что они могли наскрести по карманам . Завтра им снова на проходную . Мои чувства после прочтения очередной главы романа и опустошающей встречи с Наташей были обнажены . Я шел и с грустью ощущал , что наверное нет для меня на земле более неподходящего места ,чем это, где я вырос, где нахожусь сейчас, и вряд ли у меня есть шанс вырваться в другой мир из жизни на окраине .В юности я измерял свободу перемещением по глобусу, не выдумав ничего оригинального.