Девушка-тролль не очень успокоилась:
— Он ведь часто тут появляется?
— Угу. Он как я — тоже идти некуда. Он друг.
— Правда? — в её голосе сквозило недоверие. — А точно?
— На этой неделе он уже спас мне жизнь, — сказала я, — точно.
— Ладно, — ответила она, — только… ты же будешь осторожна?
— С кровососущим психопатом? Конечно.
Она улыбнулась:
— Есть ли новости для моей госпожи?
— Пока не знаю, — ответила я, — только как ты их ей передашь?
— Есть один способ, — ответила Гиацинт.
Вид у неё был виноватый, и это одновременно радовало и бесило. Значит каким-то образом Северному удалось сбежать, и она была в безопасности. Но в то же время мне не скажут где — и вообще пока что никакой дополнительной информации не дадут.
— Слушай, — сказала я, — если Северный действительно хочет, чтобы я всё это разгребла, ей придётся дать мне больше инфы.
— Я запишу, — сказала она.
Сначала думала, что она скажет что-то вроде «будьте уверены, мэм, я обязательно сообщу об этом менеджеру,» но ручка зависла над блокнотом, прямо как когда она записывала мои ответы. Сообщение на самом деле тем или иным способом попадёт к Северному.
— Нужно узнать, почему она хранила фотки Палмеров за двухлетний период. И ещё: почему Сара так важна Вышестоящим?
— Очень хорошо, — сказала Гиацинт, — я передам сообщение.
— Северный в порядке?
Щёчки Гиацинт порозовели:
— Да, спасибо. Но она любит делать опасные вещи, а в этот раз, похоже, будет труднее. Мне пора. Вернусь завтра.
Я пошла к дому. Стало чуть спокойнее, но в то же время разочарования прибавилось: бегаю кругами, а толку никакого. А времени у Сары Палмер всё меньше.
— Wae? — с дивана спросил Джин Ён. Пока я беседовала с Гиацинт, он удобно уселся на диван с босыми ногами. Как ни странно, даже не воспользовался одним из тюбиков, принадлежавших людоволкам, и стоявших в ванной, чтобы поправить причёску — может от баночек и тюбиков слишком воняло волком или они просто выглядели недостаточно дорогими. И хотя ребята всё ещё обходили его стороной, они уже так на него не зыркали. Наверное, Дэниел уже успел порадовать их новостями.
— Ничего, — буркнула я и отодвинула его ноги, чтобы сесть на другой конец дивана, — всё бесит, а подоставать толком некого. У тебя даже галстука нет, который можно было бы испоганить.
— Не можешь придумать как помочь человеку?
— Угу.
— Сегодня тренироваться не будем.
Я уставилась на него:
— Какой там. Ты же выздоравливаешь.
— Будем говорить.
— Оу, — офигела я. Неужели предлагает выговориться? — Погодь, за кофе схожу.
Видимо Джин Ёну до сих пор было паршиво: он молча пил кофе и выслушивал мои жалобы о том, что я мало знаю, и даже не вставлял обычных язвительных фразочек. Да и к еде, которую я принесла, особо не притронулся.
Блин, а может он до сих пор моей кровью сыт. В моём же организме было ещё море вампирской слюны, так что я была бодра, и когда он задремал, опираясь на меня, я просто оставила его в покое. По пальцам одной руки можно пересчитать сколько раз видела его спящим, так что, если заснул, значит очень надо.
Людоволки в конце концов перекочевали в гостиную и стали смотреть телек. Когда Дэниел тоже присел на диван, я решила, что всех их можно смело оставить и поднялась к Моргане.
Мы особо не разговаривали: рубились в видеоигры и всё покрывало засыпали крошками. А потом Моргана попыталась научить меня краситься — затея неизбежно закончилась её диким хохотом над моей неспособностью запомнить, какую кисть брать, не говоря уже о цветах.
— Грубиянка, — сказала я и широким движением нанесла очередную линию тушью, из-за чего стала похожа на удивлённую панду. — Никогда бы не подумала, что однажды обрадуюсь тому, что учусь драться, а не краситься. Для кого это вообще придумали?
— Не для тебя уж точно, — от слёз у неё самой тушь потекла. — Пэт, знаю, ты раньше этого не делала, но я и подумать не могла, что выйдет настолько плохо.
— Это моё выражение экзистенциальной тоски. Ещё немного — и стану как ты, только чуть крупнее.
— А, так вот в чём замысел! — она с любопытством уставилась на результат моих трудов. — Придётся попрактиковаться, Пэт.
— Ну уж фиг, — испугалась я, — типа полчаса учиться раскрашиваться, чтобы потом всё потекло во время тренировки с мечом?
Она пожала плечами:
— Ну иначе и не научишься.
— Это да, но вряд ли я умру, если не буду отрабатывать навыки подведения глаз, — бросила я и быстренько свалила, пока она не вздумала убеждать меня в обратном.