— Максим Андреевич, я не понимаю…
— Вам не нужно понимать. Вам нужно выполнить. Вот, — он вложил мне в руку кредитную карту. — Лимит неограничен. И вот… — он достал из кармана пачку купюр и протянул мне. — Это вам. На мелкие расходы. Чаевые, если хотите.
Я смотрела на деньги, потом на фото, потом на него. Он что, издевается? Купить себе откровенный наряд за его счет? Да еще и чаевые? Это было… унизительно. И странно волнующе.
— Но… зачем? — прошептала я.
— Считайте это частью… корпоративного стиля. Завтра жду вас в новом образе. Это не обсуждается.
Он смотрел на меня в упор, и в его темных глазах снова мелькнул тот самый хищный огонек. Я чувствовала себя вещью. Марионеткой. Но что я могла сделать? Спорить? Отказаться? Потерять эту работу, которая была мне так нужна?
Я опустила глаза, чувствуя, как краска заливает щеки. Сглотнула ком в горле. Пришлось проглотить и протесты, и гордость, закусив язык так сильно, что стало больно.
— Хорошо, Максим Андреевич. Я все сделаю.
— Вот и умница, — он почти незаметно улыбнулся. — Можете идти.
Я схватила свою сумку, фотографии и деньги и выбежала из офиса, чувствуя себя оплеванной и… странно взбудораженной. Что, черт возьми, происходит?
Глава 3
Глава 3
Я стояла перед большим зеркалом в маминой спальне, разглядывая свое отражение. Винное шелковое платье облегало тело, словно вторая кожа, струясь по бедрам и подчеркивая талию. Глубокое, почти неприличное декольте открывало ложбинку груди, а короткий подол едва спускался ниже ягодиц. Образ дополняли черные лаковые шпильки, делавшие ноги бесконечно длинными, и макияж — дымчатые тени и яркая помада.
Это была не я. Точнее, та Вика, которую я знала, никогда бы так не оделась. Строгие костюмы, сдержанные платья, чаще удобные лоферы чем каблуки — вот мой обычный стиль. А это… это было вызовом. Провокацией. И, черт возьми, мне это шло. Платье сидело идеально, подчеркивая достоинства фигуры, о которых я и сама иногда забывала. Я выглядела… дорого. Соблазнительно. Опасно. Странное, пьянящее чувство собственной привлекательности смешивалось с горечью унижения от того, как и почему я купила этот наряд.
— Вика, ты скоро? — голос мамы прозвучал за дверью.
Я вздохнула и открыла. Мама окинула меня взглядом с ног до головы, и ее брови поползли вверх.
— Господи, Вика… Это что? Ты в этом… на работу?
— Да, мам. Это… часть корпоративного стиля, — выдавила я, чувствуя, как снова горят щеки.
— Корпоративного стиля? — мама скептически поджала губы. — Больше похоже на наряд для панели. Я же говорила тебе, какая-то мутная контора эти твои «Волковы». Не нравится мне все это, дочка. Ох, не нравится.
— Мам, все нормально. Это просто… дресс-код такой специфический, — соврала я. Спорить и объяснять истинную причину не было ни сил, ни желания. — Мне пора.
Я подхватила сумочку и выскользнула из квартиры, не дожидаясь дальнейших нравоучений.
Входя в сияющий холл «Волков Групп», я чувствовала себя самозванкой в чужой, слишком откровенной шкуре. Каждый взгляд казался оценивающим, каждый шепот — осуждающим. Я старалась идти уверенно, высоко подняв голову, но внутри все сжималось.
Лифт донес меня до нужного этажа. Выйдя в коридор, я почти сразу столкнулась с незнакомым мужчиной. Он был так же высок и хорош собой, как Максим, но… другой. Светлее волосы, чуть мягче черты лица, хотя во взгляде серых глаз читалась та же стальная воля. И улыбка — более открытая, обаятельная, но с едва уловимой хитринкой. Он был одет в элегантный серый костюм, который сидел на нем не менее безупречно, чем черный — на его брате.
— Доброе утро. Вы, должно быть, Виктория Лаврова? Наш новый ассистент? — его голос был ниже, чем у Максима, бархатистее, обволакивающий.
— Да, доброе утро. А вы…
— Дмитрий Волков, — он протянул руку. — Очень приятно. Максим много о вас говорил.
Я пожала его крепкую, теплую ладонь, чувствуя легкий разряд тока. Он говорил? Что он мог говорить?
— Хотя, должен признать, он не упомянул… — Дмитрий окинул меня быстрым, но откровенно восхищенным взглядом с ног до головы, — насколько эффектно вы выглядите. Этот цвет вам невероятно идет, Виктория.
Его комплимент был прямым, но не пошлым. Он смотрел с интересом, но без того хищного прищура, который был у Максима. От его внимания стало… приятно. И снова неловко. Не могла понять кто из них мне нравился больше. Этот обаятельный, чуть более мягкий Дмитрий? Или властный, холодный Максим, от одного взгляда которого подкашивались ноги? Голова шла кругом.