- Не стоит торопиться, - мягко сказал Атилас. - Раз уж я очнулся, то могу и перекусить. Не будешь ли ты так любезна положить печенье на подлокотник стула?
- Хорошо, но, если ты бросишь их в меня, будут неприятности.
- Я бы и не мечтал об этом. Кстати, я удивлён, что тебя не сопровождает твой ручной вампир.
- Я здесь, - раздался холодный голос от двери.
- Как это бестактно с моей стороны, - самодовольно сказал Атилас. - Очевидно, я должен взять за привычку проверять дверь, прежде чем сказать что-то дурное.
- С того места, где ты сидишь, ты можешь видеть дверной проём, - сказала я. Из зеркала на письменном столе была хорошо видна дверь, и Атилас, должно быть, смотрел прямо на неё, поскольку я находилась как раз напротив зеркала и не загораживала обзор.
- Можно предположить, что ты пришла ко мне не для того, чтобы обижаться, - сказал Атилас. - Можно поинтересоваться, зачем именно ты пришла ко мне? Ах, ты здесь для того, чтобы выжать из меня ещё больше воспоминаний?
- На этот раз я просто задаю вопросы, - сказала я.
- Как необычно, - сказал Атилас, прихлёбывая чай с едва заметной гримасой.
- Не жалуйся на чай, - сказала я ему. - Предатели и убийцы друзей получают только стандартный пакетированный чай.
- Логичный стандарт, на котором стоит настаивать. Что ты хочешь знать, Пэт? Возможно, я отвечу тебе.
- Почему ты просто не убил меня, когда избавился от моих чемпионов? - спросила я. - Тогда ты мог бы сделать это легко и непринуждённо - тебе даже не пришлось бы играть в игры с моими родителями. Я находилась там в их власти, а потом - в твоей власти.
- В этом нет ничего весёлого - сказал Атилас. Он снова стал прежним, серым, каким был незадолго до того, как попытался убить меня и ушёл. - Когда человек довольствуется одним лишь убийством, жизнь теряет свою остроту.
У меня было такое чувство, что он просто пытается меня подловить - или, может быть, он пытался выжать из меня хоть какие-то эмоции, - поэтому я только сказала:
- Не похоже, чтобы ты тоже сильно наслаждался жизнью в те дни.
- О да, но, в конце концов, удовлетворение человека зависит от качества и долговечности его работы! Не обязательно работать сейчас, чтобы оценить работу своего прошлого.
- Так вот как ты смотришь на свою прежнюю жизнь? - спросила я и с удивлением обнаружила, что первой эмоцией, которая преодолела абсолютную, бесплодную безнадёжность моей души, была жалость. - Сидя здесь, ты доволен тем, как всё обернулось?
- Не хотелось бы показаться таким тщеславным, - сказал он, но его глаза не встретились с моими. - Тем не менее, я, в целом, доволен ходом своей работы.
- Приятно слышать, - сказала я, отодвигая ящики комода. - Давай, Джин Ён, нам нужно кое-куда попасть.
- Это было относительно безболезненно, - крикнул Атилас мне вслед. - Возможно, ты смягчаешься?
- Не-а, - сказала я, останавливаясь в дверях и слегка поворачиваясь, чтобы посмотреть на него через плечо. - Просто хотела убедиться, что поступаю по-своему, а не по-твоему или по решению короля.
***
К счастью для моего душевного спокойствия, Кайл - или, может быть, это был Кевин - появился как раз перед тем, как мы с Джин Ёном собрались уходить. Не то чтобы я не приложила все усилия, чтобы заставить Атиласа снова погрузиться в свои мысли, но мне всё равно не хотелось оставлять его одного.
- Я здесь в качестве няньки этого жуткого старого любителя чая, - сказал Кайл. - Но я не собираюсь его кормить.
- Всё в порядке, мы вернёмся до обеда, - сказала я, надеясь, что это правда.
Мы мало что могли сделать, пока не узнали имя короля - если вообще когда-нибудь узнаем, что у него за имя, - и всё, что мне нужно было сделать с Джин Ёном, - разобраться с некоторыми неясностями, которые до сих пор ускользали от нас. Мы были немного заняты, пытаясь не сдохнуть, чтобы выполнить некоторые из наших предыдущих планов.
- Сегодня школьников нет, - заметила я Джин Ёну, когда мы покидали передний двор.
Школьников не было, но вокруг дома напротив и на другой стороне улицы слонялась компания, похожая на хулиганов, - они стояли, прислонившись к забору, или сидели на металлическом столбе, одетые во фланелевую одежду, кроссовки и с прищуренными глазами.
Он мрачно усмехнулся.
- Думаю, они были недовольны вчерашним.
- Думаешь, они знают, что мы специально их запутали?
- Arra.
- Ага, я так и думала.
Если я не сильно ошибалась, брауни не предпринимали абсолютно никаких попыток слиться с окружающей обстановкой. Дело было не столько в том, что они перестали притворяться школьниками, и даже не в том, что группа парней лет двадцати с небольшим, идущих по улице вместе, выглядела откровенно угрожающе: самым очевидным признаком того, что они хотели, чтобы мы знали, что за нами наблюдают, было то, как они... ну, наблюдали.
Они наблюдали за нами так, словно собирались ограбить нас за первой же попавшейся машиной или на первой же попавшейся улице. Возможно, так оно и было.
- Думаю, они хотят подраться, - сказала я. - Либо так, либо они просто хотят, чтобы мы попотели. Мы сто пудов не оторвёмся от них, снова нырнув в бар.
- Неуклюжие, - пренебрежительно пробормотал Джин Ён. - Мы пойдём выпьем кофе и заставим их подождать.
- Меня это устраивает, - сказала я. - Хочешь блинчиков?
- Да. Я заплачу.
- В смысле заплатишь или запудришь мозги, не заплатив?
- Nega arraseo halkae, - сказал он, продолжая прогуливаться, задрав нос и держа в кармане руку, которая не сжимала мою.
- Ты же знаешь, нам больше не нужно притворяться, что мы встречаемся, - отметила я, так как знала, что бесполезно пытаться серьёзно говорить о вампирстве людей, когда он в плохом настроении. - Тебе больше не нужно держать меня за руку.
- Я хочу держать тебя за руку.
- Хорошо, просто сказала.
- Я всегда буду хотеть держать тебя за руку.
Я взглянула на него и обнаружила, что он надулся.
- Чегось? Что я такого сделала?
- Ты должна была сказать, что тоже хочешь подержать меня за руку.
- Ой. Ну, это не значит, что я не хочу! - запротестовала я. - Я просто не привыкла держать людей за руки.
Джин Ён недоверчиво фыркнул, но сказал:
- Этого достаточно. На данный момент.
Мы не спеша прогулялись до центра Хобарта, а брауни громкой компанией следовали за нами, заставляя людей переходить улицу, чтобы не столкнуться с ними, и оказались в маленьком магазинчике, где обещали кофе и блинчики. Брауни снова устроились через дорогу, на этот раз за столиками в пабе на улице, где они очень хорошо вписались. Владелец бара с беспокойством посмотрел на них, и я его не винила: они выглядели именно как те придурки, которые начнут швырять всё на улицу, если выпьют ещё немного.
- От лепрекона и тритона нет новостей? - спросил Джин Ён, когда нам принесли кофе и блинчики.
- Нет, - ответила я. - Мы встретимся с ними обоими после обеда, если до тех пор ничего не узнаем.
- Тогда что мы будем делать сегодня? Мы будем раздражать брауни?
- Кажется, кое-в-чём мы можем наверстать упущенное, - сказала я, улыбаясь внезапному блеску в его глазах. - То, что мы не смогли сделать, потому что его королевская заноза в заднице решила втянуть нас всех в испытания эрлингов.
- Тот почтовый ящик?
- Он самый, - одобрительно сказала я. - Тот парнишка, которого мы допросили, сказал, что проверяет почтовый ящик раз в неделю, так что, даже если мы не поймаем того, кто опустошает почтовый ящик, в который он доставляет письма, мы сможем получить представление о том, когда он вернётся в следующий раз. Мы также можем одним глазком взглянуть на то, что там находится.
Джин Ён задумчиво посмотрел на меня.
- Ты всё ещё думаешь, что это кто-то из Вышестоящих?
- Не совсем, - медленно произнесла я.
Я не была уверена в своей догадке, но в последнее время мне казалось, что во всём чувствуется дотошная и скрытная рука Атиласа. Я порылась в кармане, прежде чем мои пальцы нащупали спрятанный там ключ неправильной формы; я положила его на стол между нами.