Он усмехнулся: — Да.
— Ты… — Я запнулась, пытаясь сложить факты. — Ты ведь не просто работаешь здесь, да?
Он покачал головой: — Даже близко нет.
— И прежде, чем я успела задать ещё вопрос, медленно разворачиваясь к двери, он бросил мне последний взгляд и кивнул в сторону дома: — Заходи.
Сомнение проникло в каждую клетку тела, но я всё-таки последовала за ним, поднялась по лестнице и вошла внутрь. Кай повёл меня по стеклянному коридору и остановился примерно на середине. Он повернулся к окну, и я стала рядом, по правую руку от него. Снаружи дождь перешёл в тонкую пелену, остатки тусклого дня окончательно таяли. Я стянула капюшон, выпустив тёмно-каштановую, уже волнистую от влаги косу; перекинула её на плечо, снова спрятала руки в карманы куртки. Я чувствовала, как Кай краем глаза смотрит на меня. Он изо всех сил пытался не пялиться, но я ощущала жар его взгляда. Грудь тяжело вздымалась от этого внимания, а лёгкие сдавило мыслью о том, что он впустил меня внутрь.
Он открывал для меня дверь в свой мир.
Несколько долгих, растянутых минут молчания окутали нас, прежде чем я набралась смелости заговорить снова.
— Что он имел в виду тогда? — спросила я. — Что за «шоу» он упомянул?
Он не ответил. Вместо этого рукой встряхнул свои тёмные волосы, сгоняя остатки дождя. Он всё ещё смотрел вперёд, туда, где земля была исчерчена несколькими тропинками и сотнями великолепных мавзолеев. Его лицо оставалось каменным, а я продолжала наблюдать за ним, надеясь на хоть какой-то намёк на то, что сейчас произойдёт. Наконец, затянутое облаками солнце окончательно село, и всё его тело напряглось. Ещё сильнее, чем прежде.
— Селеста, — произнёс он, поворачиваясь ко мне и кладя руку на мою. — Я прошу тебя слушать меня очень внимательно. То, что я собираюсь рассказать и показать тебе — реально. И мне нужно, чтобы ты была со мной. Хорошо? Вот дерьмо. Моё сердце бухнуло в груди от его резких, мрачных слов. Во что же я вляпалась? Я сглотнула ком в горле и кивнула. Кай продолжал смотреть мне в глаза, прищурился, брови сдвинулись в смятении. Рука, которая держала мою, поднялась к левой стороне моего лица, где я почувствовала, как по щеке скатилась капля воды.
— Что это? — спросил он, и большим пальцем стер каплю. Я была настолько поглощена происходящим, что сразу не поняла, что именно его смутило. Моя косметика начала смываться. Я резко отступила на шаг и откинула его руку, поднося свою ладонь к щеке.
— Ничего. Всё в порядке. Он сжал челюсть, голова чуть наклонилась — он не поверил. Паника начала подступать, пока я всё ещё прикрывала левую сторону лица. Да, он готов впустить меня в свою тайну. Но я не была готова впускать его в свою. По крайней мере — пока нет. Я уже собиралась соврать что-нибудь глупое, как вдруг краем глаза заметила движение. Что-то снаружи. Я повернула голову. Дождь полностью прекратился. По тёмной дорожке мимо окна проходила женщина. На ней было чёрное платье, его подол мягко скользил по каменным плитам с каждым её шагом. Она даже не посмотрела в нашу сторону и просто пошла дальше.
— Я думала, у вас здесь всё закрывается на ночь. Что она здесь делает?
Кай тоже следил за ней через окно, и на его губах появилась лёгкая усмешка. С другой стороны, по той же тропинке прошёл мужчина. Он тоже не обратил на нас внимания. Прошёл мимо женщины в чёрном, даже не поприветствовав её, и вскоре скрылся из виду. — Ты собираешься сказать им, чтобы ушли? — спросила я, всё ещё прикрывая щёку рукой.
Кай покачал головой, всё ещё улыбаясь уголками губ: — Нет.
— Ты дал им доступ на двадцать четыре часа в сутки? — спросила я, всё ещё не понимая, что всё это значит. Я не знала, почему нахожусь здесь, почему он показывает мне это… и зачем я вообще должна всё это знать.
— Не совсем, — начал он, глубоко вздохнув. Он снова повернулся ко мне, взгляд его скользнул к моей руке, которая всё ещё прикрывала щеку. Он снова покачал головой — и я поняла: он оставляет комментарии по этому поводу на потом.
— Ночь здесь особенная, Селеста. Ночью негде спрятаться, как бы сильно ты ни старалась. Тьма может укрыть тебя, но никогда не стирает того, кто ты есть. Я прищурилась, пытаясь понять его загадочные слова.
— Эти люди, которых ты видишь, бродящих по дорожкам… они не здесь. Сердце сжалось от значения его слов. — Они когда-то были частью этого мира. Но больше — нет. У меня пересохло во рту, я попыталась сглотнуть, но не смогла. Ещё один человек прошёл мимо. Молодой мужчина, на вид около тридцати с чем-то. На нём была застёгнутая рубашка, поверх — жилет, а на голове — берет. Он выглядел как будто из другого времени. И внезапно всё происходящее обрушилось на меня тяжестью, которую трудно было вынести.
— Это призраки, — сказал он. Моя рука медленно опустилась с лица, пока я смотрела в окно. Снаружи появлялось всё больше и больше таких людей — они бесцельно бродили по территории, пока окончательно не наступала ночь. Они двигались мимо друг друга, даже не обращая внимания — каждый, погружённый в свой путь.
— И это, Селеста… — его голос стал глубже, темнее, он будто вибрировал внутри моих костей, — это Чистилище.
Стекло разбилось
Сожги каждый лист
Кровавая вода
селеста
Прежде чем я осознала, что происходит, мои ноги уже несли меня прочь из того дома — быстрее, чем мой мозг мог это обработать.
Я добежала до входной двери, распахнула её и кинулась вниз по ступенькам. Обычно я избегаю встречи со своими страхами, но сейчас мне просто нужно было выбраться. Мне нужно было добраться до машины.
Дыхание перехватило, когда мои ноги ступили на каменную дорожку — вокруг меня было не меньше дюжины призраков. Я старалась не задеть ни одного, взгляд метался по всей видимой местности, а тело изворачивалось, чтобы случайно не столкнуться с ними. Я даже не была уверена, могу ли я их коснуться.