Максли кивнул, но стиснул вилку чуть крепче.
После сытного завтрака они решили не спешить и провели полдень у воды. Пальмы шептались под лёгким ветерком, а волны тихо накатывали на берег.
Пиона растянулась на пледе, закрыв лицо шляпкой.
— Вот это жизнь... Никаких занятий, никакой опасности... Только солнце, море и шикарные я, — пробормотала она, лениво махнув хвостом.
Кроули сидел рядом, читая что-то в старом блокноте.
— Это до вечера. А потом начнётся, — спокойно напомнил он, не отрываясь от записей.
— Не порти момент, — буркнула Пиона.
Айлу и Максли отошли чуть подальше, туда, где берег был более уединённым. Максли сидел на песке, вытянув ноги, а Айлу облокотилась на его плечо. Их молчание было лёгким, тёплым, словно защищённым прозрачным куполом.
— Ты сегодня почти расслабился, — заметила Айлу, улыбнувшись.
— Почти, — тихо ответил Максли, глядя на горизонт. — Но с тобой это получается легче.
Айлу закрыла глаза.
— Тогда останься со мной до заката. Просто посиди. Больше ничего не надо.
Он кивнул.
— До заката — и дольше, если хочешь.
Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая небо в мягкие оттенки золота, розового и сиреневого. Тёплый свет ложился на лица, делая всё вокруг немного волшебным.
Айлу и Максли сидели рядом, ноги в воде. Волны едва касались пальцев, а небо отражалось в глади, будто другая реальность.
— Смотри, — прошептал Максли, — будто весь мир затих. Только ты и я.
Айлу повернула голову к нему.
— Иногда мне кажется, что ты говоришь слишком красиво для оборотня.
Он рассмеялся тихо.
— А ты слишком нежная для той, кто может снести тёмного мага с одного удара.
— Баланс, — усмехнулась Айлу.
Сзади к ним подошли Пиона и Кроули.
— О-о-о, я чувствую запах романтики на квадратный метр, — протянула Пиона, прикрывая рот рукой.
Кроули только хмыкнул.
— Солнце почти село. Нам пора готовиться.
Айлу поднялась и протянула руку Максли.
— Пошли. Время быть храбрыми.
Он взял её руку, сжал чуть крепче, чем нужно.
— Только если ты будешь рядом.
Закат потонул в волнах, и наступила ночь — великая, полная тайны и напряжённого ожидания. Но в ней было место свету — их свету.
— Я буду рядом, Максли. Только не бойся, хорошо? — прошептала Айлу, её голос был тихим, но уверенным, как шелест волн за домом.
— Хех… Легко сказать, — натянуто улыбнулся он, стараясь держаться, хотя тревога внутри кипела, будто луна уже отзывалась в его крови.
Айлу подняла руку, собираясь создать защитный шар, но Максли вдруг осторожно коснулся её пальцев, останавливая.
— Подожди… Поцелуй на удачу? — спросил он с тёплой, чуть смущённой улыбкой.
Пиона хихикнула, проходя мимо с Кроули:
— Ладно-ладно, мы исчезаем. Вы тут целуйтесь, магиям мешать не будем!
— Только не слишком бурно, — добавил Кроули с насмешливой улыбкой, и они ушли в тень.
Максли посмотрел прямо в глаза Айлу.
— Я всегда любил твой взгляд. В нём что-то дикое… но в то же время тёплое. Как огонь в снегу.
Айлу не ответила словами. Она просто шагнула ближе и поцеловала его — мягко, долго, сдерживая дрожь в груди. В этом поцелуе было всё: страх, любовь, обещание.
— Пора, — прошептала она, отстранившись, но её пальцы всё ещё держали его руку.
Айлу вытянула ладонь, и магический шар света возник вокруг Максли, заключая его в золотое сияние. Он был похож на луну — тихую, опасную, но прекрасную.
Айлу приложила ладонь к поверхности шара, потом осторожно коснулась лбом — как будто хотела через магию передать ему тепло своего сердца.
— Я с тобой, — шептала она сквозь сияние. — До самого рассвета.
Луна уже стояла высоко, сверкая холодным серебром. Айлу сидела на коленях перед шаром, обхватив его руками. Внутри свет дрожал — и вместе с ним дрожала Айлу. Раздался первый крик. Резкий, хриплый, пронзительный.
— Максли… — выдохнула она, её сердце словно сжалось в кулак.
Он кричал от боли, превращение началось. Свет шара вспыхнул ярче, оборотень внутри метался, ударяясь о стенки. Магия еле держалась, тонкие линии света трещали, как лёд на реке.
Айлу тихо, но твёрдо прижала ладони к поверхности шара.
— Я здесь… слышишь? Максли, ты не один. Ты мой… милый Максли… — прошептала она, голос дрожал, но в нём было больше силы, чем магии вокруг.
Оборотень внутри шара зарычал. Шар сотрясался, как будто дикий зверь рвался наружу, его когти расцарапывали невидимые стены. Айлу зажмурилась, больно было слышать его — как он страдает, как внутри него борются свет и тьма.
— Терпи… терпи, я с тобой… — её голос стал почти песней, убаюкивающим шёпотом среди бушующей ночи.