— Знаешь, чем ты мне нравишься? — сказал он.
Айлу молча всмотрелась в его лицо, пытаясь разгадать, что стоит за этими словами.
Максли крепче обнял её, словно защищая. Он уже почти рычал от раздражения, но сдерживался.
— Тем, что ты не боишься меня. Не кричишь, не злишься. — Голос Эля стал тише, почти шёпотом. — Ты не как они. Ты — особенная, Айлу Люменарис.
Её имя он произнёс особенно мягко, как будто пробовал его на вкус.
Молчание повисло между ними, плотное и странно тёплое. Но Эль вдруг отступил назад.
— Ну что ж... Пора на урок, — бросил он легко, и исчез в следующем повороте коридора, будто растворившись в воздухе.
Максли долго смотрел в ту сторону, где стоял Эль, затем перевёл взгляд на Айлу.
— Ты в порядке? — тихо спросил он.
Айлу чуть кивнула, хотя внутри было неспокойно. Что-то в словах Эля, в этой тени, протянутой к ней — отзывалось слишком близко.
"Дочь света - Отец тьмы"
Прошло три дня. Айлу всё чаще задавала вопросы профессору Элю — что-то в нём тревожило, но и тянуло. Максли всегда был рядом, не отходя ни на шаг. Пиона, как обычно, посматривала на Эля с подозрением, а на Максли — с насмешкой.
— Какие у тебя друзья злые, — хихикнул профессор Эль, бросая взгляд на Пиону, которая прищурилась в ответ.
— Айлу, точно можно ему доверять?.. — прошептала Пиона, наклонившись к её уху. Ушки слегка дрожали — признак тревоги.
— Да, я уверена… Просто не стоит доверять ему полностью, — так же шёпотом ответила Айлу. В голосе было спокойствие, но в глазах — внутренняя борьба.
— Ладно, как хочешь, — пожала плечами Пиона, но хвост её чуть вздёрнулся — явно она всё ещё напряжена.
Максли стоял рядом, молчаливо наблюдая за каждым жестом Эля. Его глаза были серьёзны, чуть прищурены. Он не мешал, но был готов вмешаться в любую секунду.
— Так что, Айлу, ты хочешь задать ещё один вопрос? Или хочешь узнать, что у нас общего? — усмехнулся Эль, наклонившись чуть ближе.
Айлу посмотрела ему прямо в глаза — без страха, но с осторожностью.
Айлу уже открыла рот, чтобы задать свой следующий вопрос, как вдруг с тихим звоном ожил Ноктилюкс. Мягкий свет вырвался из его поверхности, и на экране появилось сообщение: «Слей папа».
Айлу быстро достала артефакт и прочитала:
— Айлу, всё хорошо? — писал Слей.
Она взглянула мельком на Эля, потом на Максли и Пиону, и начала набирать ответ:
— Да, сейчас я с друзьями и профессором Элем, всё в порядке.
Через секунду пришёл новый ответ:
— Хорошо. Если что-то будет не так — сразу напиши.
Айлу улыбнулась, невольно почувствовав, как становится теплее на душе. Ответила:
— Хорошо, пап.
И аккуратно убрала Ноктилюкс обратно в карман мантии, всё ещё улыбаясь. Максли заметил её выражение и чуть мягче посмотрел на неё, а Пиона фыркнула и тихо пробормотала:
— Мило. Он всегда пишет тебе в нужный момент.
Айлу снова посмотрела на Эля, уже с другим ощущением внутри — как будто даже в его присутствии она не одна.
— Вы помните, когда у меня впервые проснулись силы? Когда я была с Ютой? — тихо, но уверенно спросила Айлу, глядя на Эля.
Профессор Эль слегка наклонил голову и хихикнул, как будто вспоминая нечто приятное:
— О, тот день... да, помню. Я даже хотел воспользоваться моментом, чтобы слиться с тобой. Но... — он сделал паузу, с усмешкой посмотрев на неё, — не сделал этого. Пока.
Максли сжал челюсть, его серо-голубые глаза метнули в Эля острый взгляд. Даже Пиона, обычно спокойная, щурилась подозрительно, её уши дёрнулись.
Айлу не отвела взгляда.
— Я хочу знать… — продолжила она, чуть тише. — Почему с тех пор мои силы не проявлялись? После того случая — тишина. Я... я хочу, чтобы они снова проснулись.
Эль на мгновение замолчал. Его маска оставалась той же — с улыбкой, но сам он будто стал серьёзнее.
— Сила не приходит по команде, Айлу, — ответил он мягче, чем обычно. — Она приходит, когда ты на грани. Когда душа не выдерживает... или когда ты слишком близка к своей истине.
Он сделал шаг ближе, и воздух вокруг стал немного холоднее.
— Но если ты действительно хочешь её вернуть… тебе придётся рискнуть. Открыться. Или... потерять контроль.
Максли резко поднялся с места, глаза пылали решимостью.
— Нет уж! — голос его дрожал от гнева. — Она и так достаточно натерпелась! Её силы, боль, всё это... — он сжал кулаки. — Ты не имеешь права толкать её на это снова!
Пиона вскочила следом, её пушистые ушки дёрнулись, а голос зазвучал резко:
— Да! Почему бы не попробовать другой путь?! Не обязательно же — через страх и боль!
Но Эль даже не повернулся к ним. Его маска с вечной улыбкой продолжала смотреть только на одну — на Айлу. А она... стояла молча, глаза опущены в пол. Внутри — буря.