— Что, милая, испугалась? — с издевкой протянула Роза, делая шаг вперёд. — Неужели забыла, как я тебя воспитывала?
Айлу потрясённо покачала головой, и в её руке вспыхнул световой меч. Она подняла его, но дрожащими пальцами.
— Юта… прекрати… это иллюзия… — прошептала она, но голос дрожал.
— Ты поднимаешь меч на свою мать? — Роза склонила голову, усмехнулась. — Я тебя так воспитала? Вот и хорошо. Знаешь, когда ты ушла — я была счастлива. Освободилась от тебя.
Слова пронзили Айлу как лезвие.
— Нет… моя мама так бы не сказала… — голос её сорвался на шёпот. В груди сжалось.
— Ты была обузой. Сломанной, ненужной. Из-за тебя я потеряла всё. Ненавижу день, когда ты появилась. — Роза говорила с холодной яростью, и каждый её слог резал по живому.
Айлу медленно опустила меч. Свет исчез.
— Мам… пожалуйста… не говори так… — прошептала она, и в глазах блеснули слёзы.
— Всё, хватит! — закричала Пиона, бросаясь вперёд.
Но из мантии Эля вырвались чёрные щупальца. Они схватили Пиону и Максли, обвились вокруг их тел, заглушая крики, не давая даже вздохнуть. Максли пытался вырваться, глаза его горели яростью, но он был скован. Пиона металась, шипела, как раненая кошка, но тщетно.
— Ма-ма… я не ушла… — Айлу с трудом дышала, глядя на облик Розы. — Я…
— Ты предала меня, — перебила "Роза" с ледяной улыбкой. — Но знаешь что? Без тебя стало легче. Ты больше не моя дочь. Никогда не была. И никогда не будешь.
Эти слова ударили по сердцу сильнее любого заклятия. В груди Айлу что-то сломалось. Она задохнулась, как будто в горло вбили клинок.
— Заткнись! — выкрикнула она, и голос её сотряс воздух. — Моя мама… никогда бы так не сказала!
Её руки загорелись чистым светом. Глаза вспыхнули ослепительной белизной. Волосы Айлу, словно сгорели во вспышке и стали белыми, как снег. От её тела исходила волна света, прогоняя тьму, трещинами проходя по иллюзии.
— Ты мерзкая… жалкая тварь, Юта! — закричала она. — НЕ СМЕЙ! Не смей брать облик той, кого я любила. НЕ СМЕЙ!!!
"Роза" закричала и отлетела назад, с глухим стуком ударившись о землю. Иллюзия рассыпалась, и перед Айлу стояла Юта, лежа на коленях, испуганная, но... улыбающаяся.
Она дрожала, но смотрела на Айлу с уважением.
— Вот это да… Люменарис… ты и правда… — хрипло прошептала Юта, не договорив.
— Замолчи. — холодно произнесла Айлу.
Позади неё вспыхнули крылья света. Они расправились, озаряя поляну мягким, но ослепительным сиянием. Её аура стала ощутима — давящая, звенящая, будто сама магия мира сжалась в её теле. Все, кто был рядом, ощутили дрожь. Даже Эль на миг затих, Юта застыла.
— Ха… Люменарис! — выдохнула Юта, но её голос дрогнул. Она улыбалась, но в глазах мелькнул страх.
Айлу протянула руку — световой меч возник из воздуха и повис над её ладонью, словно подчиняясь одной её воле. Она подняла ладонь, и меч повернулся остриём к Юте.
Тем временем в замке Джозефа Блэка…
Он резко распахнул глаза. Аура. Старая, знакомая, почти забытая.
— Луэра?.. — прошептал он. Нет... нет, это не она. Но это было её родное пламя.
Он без колебаний бросился в окно — разбивая стекло, не заботясь о ранах. Он падал, но едва ли чувствовал это. Его тело исчезло в вихре тени и через мгновение он мчался через лес, пробираясь сквозь деревья, пока не увидел свет — белый, живой, божественный.
— Луэра... нет... это Айлу... — прошептал он, увидев её, стоящую с крыльями и мечом над землёй.
Издалека в это же время Директор Марлоу почувствовал пронзающую волну силы. Он взял посох, и с грохотом ударил им о землю — заклятие ушло в землю, пробуждая древние охранные чары.
— Айлу Люменарис! — его голос разнесся, словно гром.
Юта, дрожащая, попыталась сбежать, но Айлу взмахом света притянула её назад. Юта закричала, её шрам на лице вспыхнул.
Эль, видя всё это, отпустил Пиону и Максли — щупальца растаяли, как дым. Они тут же подбежали ближе.
— Айлу! — закричали они в один голос, но...
Она не слышала. Её глаза светились белым. В этот миг она была не просто Айлу. Она была наследием. Силой. Люменарис.
— Хах… ха… АХАХАХАХА! — злобный смех разрезал ночной воздух, как лезвие. Лес будто затаил дыхание. Луна отразилась в чёрных сапогах, когда из тени вышел Джозеф Блэк.
Он шёл медленно, уверенно, словно знал, что никто не посмеет встать у него на пути. Его длинная мантия скользила по земле, а белки глаз будто сверкали в темноте.
— Вы не сможете её остановить. — голос его был мягким, почти нежным, но в каждом слоге чувствовалась бездна. Он посмотрел прямо на Айлу.