Айлу повернулась резко. От его ауры стало холодно, будто в разгар лета налетел зимний ветер. Она отпустила Юту — та, пошатнувшись, побежала к Директору, но Максли и Пиона не могли подойти ближе — словно невидимая стена встала между ними и Айлу.
— Давно не виделись, Айлу Люменарис... — произнёс Джозеф. Голос его был почти ласковым. — Ты выросла. Свет в тебе стал ярче. Даже больнее.
Айлу ничего не ответила. Только медленно подняла руку, и из её ладони вспыхнул чистейший свет — меч, сотканный из самой сути её силы. В следующее мгновение она метнулась вперёд, меч нацелился прямо в Джозефа.
Но он исчез за миг до удара и оказался позади, за её спиной.
— Ни приветствия, ни улыбки. Ах, как грубо, моя маленькая. — усмехнулся Джозеф, — Тебе не учили, что с отцом нужно говорить вежливо?
— ВСЕ КО МНЕ! — резко прокричал Директор Марлоу, подняв посох и ударив им в землю. Его голос был, как команда судьбы.
Максли, побледнев, дернулся вперёд, но аура Джозефа придавила его к месту. Пиона превратилась в кошку, но не могла пройти барьер — будто сам воздух не пускал никого ближе к Айлу.
Айлу стояла одна. В её спине — световые крылья, в руках — меч, а в глазах — решимость и боль.
— Ты пришёл за мной? Или за моей силой? — холодно спросила она.
Джозеф склонил голову, его волосы закрыли часть лица.
— Разве это не одно и то же?
— Ты мне не отец. — голос Айлу прозвучал ледяным, как сталь в мороз.
Джозеф Блэк медленно склонил голову, его длинные тёмные волосы заслонили часть лица, а в черноте глаз не было ни капли света — зрачки и белки слились в абсолютную тьму.
— Нет, не отец... но с той самой секунды, как Луэра выбрала тебя — ты стала моей дочерью. Хотела ты этого или нет.
— Ты произносишь её имя так легко, будто… будто ты её не убил. — прошептала Айлу, сдерживая ярость, едва удерживая себя от того, чтобы не броситься на него с места.
Джозеф посмотрел на неё без тени раскаяния. Только мрачная, сухая решимость осталась в его чертах.
— Я не отрицаю. Но теперь я пришёл, чтобы это... исправить. Мне нужна только твоя кровь. — прошептал он, как змея, шепчущая на ухо.
В ту же секунду в руке Айлу вспыхнул меч света, чистый и ослепительный, словно само небо протянуло ей оружие. А в руке Джозефа вырос меч тьмы — из тумана, из теней, из боли. Он не отражал свет — он поглощал его.
— Ты не получишь моей крови, Блэк. — холодно и твёрдо ответила Айлу, её голос отозвался в земле под ногами.
В этот момент все, кто находился в замке, почувствовали их. Две древние ауры — Люменарис и Блэк — столкнулись, как две стихии. Небо дрогнуло, воздух стал тяжёлым, птицы сорвались с деревьев.
Среди тех, кто выбежал на улицу, были студенты, преподаватели, Профессор Ориана... И Слей Блэк, остановившийся как вкопанный, глядя на происходящее. Он узнал эту силу. Узнал её.
— Айлу... — прошептал он. — Ты... проснулась.
В небе ударила молния — не с неба, а из земли, будто сама планета отреагировала на столкновение двух древних сил.
— Ты ещё не готова к этой силе, дитя. Отдай кровь — и я подарю тебе истину. — Джозеф шагнул вперёд. Мантия тьмы затрепетала, и воздух вокруг него исказился, словно мир не выдерживал его присутствия.
Айлу стиснула зубы. Глаза засветились белым пламенем, волосы поднимались вверх, будто подчинялись какому-то внутреннему ветру.
— Я не нуждаюсь в твоей истине. Убирайся прочь... или умри.
Она рванула вперёд. Светлый меч взрезал воздух, оставляя за собой сияющий след. Джозеф парировал удар тёмным клинком, и в месте соприкосновения мечей вспыхнул взрыв — всплеск света и тьмы, выброс энергии откинул ближайших студентов.
Максли в панике прикрыл Пиону, а Слей вытянул руку, создавая защитный барьер.
— НЕ ВМЕШИВАЙТЕСЬ! — воскликнул Слей. — Это её бой.
Айлу и Джозеф — два огня. Она двигалась легко, как свет, он — как тень, скользя и скручивая пространство вокруг.
— Ты слишком слаба! — крикнул Джозеф, и тьма рванулась из его ладони, пытаясь охватить Айлу.
Она споткнулась, отброшенная волной. Крик боли вырвался из груди. Максли вскрикнул:
— Айлу!!!
Но в тот момент… она встала. Медленно, шаг за шагом, словно поднимаясь не только телом, но и духом. Небо раскрылось, и на её спине вспыхнули два гигантских крыла из света, каждое перо будто состояло из чистой энергии.
Её голос звучал, как эхо самого мира:
— Я — Айлу Люменарис. Дочь света. Я не стану тенью твоей вины.
Она подняла меч и вспыхнула вся, будто стала частью солнца. Джозеф закрыл лицо, но было поздно — волна света ударила по нему, разрушая его тёмную мантию, отбрасывая назад с оглушающей силой.
Земля треснула под ним. Он тяжело поднялся, с обожжённым лицом, с кровью на губах, но улыбался.