На самом деле, папа за нее уж точно не платил, а напротив, помимо учебы добавлял ещё нагрузки. Танцы (ты ведь девушка!), игра на фортепиано, изучение еще одного языка в дополнение к академическим, а также стрельба из пистолета – вот какими были ее внеклассные «развлечения». И было чудом, вообще-то, находить на все это время. К несчастью, у девушки никогда не было друзей, с которыми она могла бы поделиться тем, как все обстоит на самом деле. Со временем и к этому Розали привыкла, и даже нашла в этом плюс – нет друзей, значит, больше времени на самосовершенствование!
В конечном итоге она – лучшая выпускница Академии, владелица сертификата о превосходном знании староанглийского (язык, перешедший из некогда процветавшего, но сейчас растерявшего все свое величие мира, давшего начало всей ветке научных миров, и который до сих пор используют некоторые миры в качестве международного языка), предмет гордости родителей и просто очаровательная девушка.
Накручивая прядь длинных каштановых волос на палец, девушка наблюдала за преподавателем, чуть склонив голову набок. На удивление, профессор Стенфорд был сегодня снисходителен в целом, чего прежде никогда не случалось. Сейчас он занимался поздравлением ребят с окончанием Академии, и где-то в середине его речей Роуз пришла в голову мысль о том, что она может себе позволить испытать судьбу еще раз. И с этой идеей девушка вновь выудила из своей модной сумочки кожи хоруса, по которой вздыхала вся группа, полилист с эссе.
- Форальберг! – окрикнул ее профессор.
«Серьезно? Так быстро?» - Роуз с отчаяньем в душе и милой улыбкой на лице обратила взор на профессора:
- Да, профессор?
- Я польщен, конечно, что вам так понравилась моя речь, что вы, видимо решили ее записать, но не могли бы вы… Что это? Полилист? – элегантно приподняв бровь, профессор обратил внимание на предмет в ее руке.
«Ну класс, спасибо, профессор, теперь весь поток будет думать, что я решила выпендриться напоследок», - мученически подумала про себя Роуз.
- Да, профессор. Прошу прощения, я вас отвлекла. – смиренно произнесла Розали.
- Нет, мисс Форальберг, что вы. Раз такое дело, то записывайте, конечно. К концу занятия я бы хотел почитать, что вы запишите.
«Да ты издеваешься, что ли?!» - взвыла про себя Розали. У нее оставался козырь, которым она пока не хотела бы светить, но профессор не оставил ей выбора. Как бы то ни было, МакТаггерт она боялась больше. Так что, очередной раз скрипнув зубами, Роуз снова полезла в сумку и достала оттуда второй полилист и ручку-самописку. Настроив ручку на голос профессора, она расположила ручку на чистом «листе» и положила всю эту конструкцию под парту. Сама девушка тем временем продолжила быстро писать эссе. Хорошо хоть, она додумалась сохранить нужную информацию на информер, пока был доступ к сети. Теперь начиналась спец операция, суть которой заключалась в том, чтобы не выдать, что записывает она отнюдь не лживые речи Стенфорда. Приходилось краем уха слушать, когда он прерывается на минуту, чтобы попить воды или трагично посмотреть в окно. В такие моменты стоило прерываться, не то Розали рисковала нарваться на психологическую травму, автором которой несомненно станет профессор.
К концу занятия эссе было написано чуть более, чем наполовину. Но это уже куда лучше, чем до начала занятий по психологии. С такими мыслями она едва не пропустила сигнал к концу занятия. Быстро закинув все шмотки в сумку, Роуз постаралась выскользнуть из аудитории незаметно для профессора, но у того словно глаза на затылке:
– Мисс Форальберг, задержитесь, пожалуйста, для демонстрации вашего конспекта.
Девушка повернулась на сто восемьдесят градусов и достала на ходу полилист, предварительно проверив, чтобы это был тот самый, заполненный самопиской. Протянув его Стенфорду, она принялась нетерпеливо притопывать ногой, ожидая, пока весь этот бред закончится. Вот, наконец, профессор с легким удивлением на лице вернул лист и отпустил ее. Решив не испытывать больше судьбу, Розали, не задерживаясь ни на лишнюю секунду, выскочила из кабинета.
«Так, куда бы теперь податься? А, знаю, Роберт!» - просветлев лицом, она пошла к общежитию парней. Там сейчас должен быть ее ухажер, Роберт Квирдли. Он не очень нравился Роуз, но этот тупица был сильным здоровым бугаем, так что, другие потенциальные поклонники ее не беспокоили. Не то чтобы они встречались, но Роберт рассказывал всем своим друзьям обратное. И, чего уж, пару раз они действительно целовались, однако на большее у девушки не было ни желания, ни времени. У них даже не было ни одного полноценного свидания, так, попили вместе кофе пару раз в перерывах между занятиями Розали. Чем занимался Роберт в свое свободное время, девушка даже не знала. Предполагала лишь, что это что-то, связанное со спортом, судя по его телосложению, и, возможно с музыкой. У него в комнате никогда не было тихо.