- Не могу, - тихо пробормотала Розали, вчитываясь в текст на маленьком экранчике информера. – Это отчет.
- Но сейчас не время, - обеспокоенно прошептала Кларк, подаваясь к подруге, перегибаясь через стол.
- Да. Это от Джейд. В Первом Южном районе ЧП, - она говорила так тихо, как только могла. Но к счастью для них, ближайшие столики пустовали, а остальные посетители тоже общались между собой. – «Группа подростков…» ля-ля-ля… «накануне вечером они собирались в центре»… «эффект расщепления в главном торговом зале», - Роуз перестала читать, резко накрыв рукой информер. – О нет. Еще один случай.
Обе они поежились. Ванесса вновь неосознанно вернулась в сквер в ту ночь. Крепко зажмурилась, пытаясь убрать наваждение.
- Быть того не может, - прошептала она. Глубокий вдох. Один, второй, третий… Нужно успокоиться.
- Может, это эгоистично, но я рада, что это произошло не в нашем районе, - пробормотала Розали, откладывая вилку.
Аппетит пропал совершенно.
Ещё кто-то умер.
Чертов Ланкорд. Чертов эксперимент.
Они долго не возвращались домой. Большинство времени, на самом деле, для них так и прошло в кафе. Отчеты и сообщения поступали один за другим. По ним невозможно было понять детали, но одно было ясно – полностью аналогичная ситуация произошла где-то в другом месте. На глазах у свидетелей. Это был какой-то торговый центр, где ребята тоже телепортировались в фонтан. Одна жертва. И паника.
Глава 15
Одно было ясно наверняка – им ещё повезло в ситуации с Карли Крейн. Весть об этом устрашала, да, но свидетелей не было. Люди знали о ситуации лишь в общих чертах. В Первом Южном же все произошло на глазах у свидетелей. Десятки людей видели, как это происходило. Последствия в том районе будут куда хуже того, что они видели сейчас во Втором Северном.
- Срочное собрание, - прошептала Роуз, надевая куртку обратно. – Нужно срочно вернуться в квартиру. Совещание с помощью голограмм, нельзя покидать свою территорию.
Ванесса кивнула, целиком сосредоточившись на деле. Роуз оставила деньги прямо на столе, рядом с почти нетронутой едой.
- Эй, а… - начал было бармен, но Форальберг только указала на стол. Увидев выражения их лиц, бармен и сам побледнел. Если «синие» так напряглись, случилось что-то очень плохое. Проведя их взглядом к выходу, молодой человек не сразу вернулся в сознание, продолжая пялиться в закрытую дверь. Он испугался настолько, что не сразу вспомнил об оставленном столике и деньгах.
По залу прошел тихий гул.
Они бежали, как только могли. Уже возле подъезда Роуз немного замедлилась. Девушка сама не понимала, почему, но знала – что-то изменилось. Что-то не сходится с тем, как это место выглядело раньше. Что-то не так. Она хмуро огляделась под недовольным взглядом Кларк. Взгляд её засек что-то, выбивающееся из общей картины. Что-то непривычное глазу. Пара секунд промедления, и Розали поняла, в чем дело. За углом дома, в тупике, за мусорными баками стояло что-то, накрытое толстым покрывалом.
- Пошли, некогда, - торопила её Ванесса. – Наверняка мусор.
- Многовато для мусора?..
И, взяв под руку, увела подругу дальше, в сторону дома.
Они прыгали по ступенькам через одну, на ходу настраивая информеры. И, только войдя в квартиру, девушки тут же вывели голограммы. Здесь были уже почти все. Джейд Ада Рейн, в первую очередь. Лицо её было просто каменным. Напряженность читалась во всем – в её позе, взгляде. Тут же были и несколько незнакомых девушкам человек, а также Доминика Бишоп и Кайл Эриксон. Доминика, казалось, едва стояла на ногах. Взгляд был полон ужаса. Она обнимала себя руками, явно будучи на грани срыва.
Вслух они ничего не сказали, но каждая из подруг подумала – как хорошо, что при их ситуации не было общего сбора. Иначе они бы тоже выглядели, как Доминика. Обе переглянулись между собой, пытаясь вспомнить, являлся ли Второй Южный районом, в котором работала Доминика, но ни у кого из девушек в памяти эта информация не отложилась.
Кайл крепился – руки в карманах, расправлены плечи. И все же, было заметно, что парень изо всех сил старается быть непринужденным, но это не так. Эриксону было также страшно, как и остальным. Только вот он считал, что в любых обстоятельствах должны были оставаться люди трезвомыслящие, здравые. Вот он и храбрился. Что ж, возможно, в дальнейшем он действительно начнет мыслить так, как хочет, если сейчас найдет в себе силы пройти этот путь до конца и не струхнуть.