Я очень и очень обиделся на неё. Обиделся настолько, что решил съехать в отдельную комнату, потому что не мог выносить её близости. На какой-то момент мне даже показалось, что я её разлюбил. Между мной, с кем она прожила 2 тысячи лет, и сестрой, которую знала несколько дней, она выбрала девушку, подставившую меня. И ведь она даже не дала мне объясниться. Никогда бы не подумал, что она может сказать мне такое. Я мог бы простить оскорбление, но вот эта фраза «я тебя ненавижу» – словно нож, ударивший прямо в сердце.
Вечером того дня я лёг спать уже в другой комнате. Уснуть я не мог, всё время думал, думал, думал. Пытался понять её, но всё время вспоминал про свою обиду, и только больше злился. Я пролежал так часов до трёх ночи, а потом услышал шаги в коридоре. Через пару секунд в комнату вошла Мэй, на которой из одежды было только то, в чём она спала.
– Здравствуй, Рен, – сказала она, похотливо улыбаясь.
Она подошла к моей кровати, залезла на неё, а затем легла на меня и стала водить пальцами по моей груди. Я лежал, не двигаясь, пребывая в нереальном шоке от этой наглой девицы, которая не то что не поняла весьма нетонкого намёка, но ещё додумалась прийти ко мне посреди ночи. Она продолжала трогать мой торс, плотоядно смотря прямо на меня, а я не мог ничего сделать, потому что первый раз столкнулся с подобным безумием, я был словно парализован. Её прикосновения мне были отвратительны, а коровьи глаза, глядевшие в мои, казались мне настолько мерзкими, что я бы их выколол всё в том же подвале, и рука бы моя не дрогнула.
Вдруг в коридоре снова послышались шаги. Аккуратные шаги, сделанные маленькими ножками, которые я сразу же узнал, как услышал. В комнату зашла заплаканная Лю. Увидев Мэй на мне, она, конечно, пришла в ярость.
– Что это такое?! Что здесь происходит?! – закричала она.
– А ты не понимаешь? – надменно спросила Мэй, сидя на мне и повернувшись лицом к Лю. – Я ведь говорила тебе про мужчину, покорившего моё сердце. Уйди, ты мешаешь!
Из широко раскрытых от удивления глаз Лю вновь потекли слёзы. Я тут же пришёл в себя, соскочил с кровати, сбросив Мэй на пол, подбежал к Лю и схватил её за плечи.
– Лю, послушай меня! Это не то, о чём ты подумала! Я не звал её, она насильно пришла и залезла на меня! Лю!
– А ты так слаб, что терпел её нежности до моего прихода и не мог никак с ней справиться? – обиженно говорила Лю, глядя куда-то в сторону. – Король Ада, тоже мне. Я всё поняла про вас двоих. В твоей жизни за эти 2 тысячи лет просто не появлялось женщины, с которой ты мог бы мне изменить. Видимо, этот факт просто мешал мне увидеть истинного тебя. Ты мерзавец. Отпусти меня, – приказала она и вырвалась из моих рук.
Бросив взгляд на сидевшую на полу Мэй, она добавила: «А с тобой меня уже точно ничего больше не связывает». После этих слов она ушла, оставив нас вновь вдвоём. Это ситуация была беспрецедентна, я не знал, как себя повести и как доказать ей, что я не причём.
Никто и никогда не позволял себе такой наглости, как наброситься на меня, да и настолько прямого доступа ко мне ни у кого никогда не было, я же король, как-никак, тут везде охрана. Ну да, король, ага. Управлять ситуацией не научился, зато Королевством – хоть сейчас. Поднять налоги? Без проблем. Прекратить гражданскую войну? Могу и дважды. Сделать всё, чтобы не ранить самого близкого человека? Упс, неувязочка. Как же я ненавижу себя в такие моменты. Почему я не среагировал сразу? Почему не сбросил эту гадюку с себя и не прибил на месте? И что мне делать теперь, когда Люси всё поняла неправильно?
На следующее утро я спустился в столовую на завтрак, надеясь поговорить с Лю после того, как всё немного успокоилось, но её не оказалось. Вместо неё со мной жаждал поговорить Най, а вместо завтрака я получил пренеприятнейшее известие.
– Когда ты видел Люси в последний раз? – холодно спросил Най, когда мы зашли в его комнату.
– Сегодня ночью.
– Что произошло между Люси, тобой и Мэй?
– Долго объяснять.
– Хорошо, я поставлю вопрос иначе: что ты сделал такого, что Люси сбежала в Бездну и заперлась там?
– Что?! – вскрикнул я, не веря собственным ушам.
– Всё именно так, как я говорю. Ночью она в слезах пришла ко мне и сказала, что уходит обратно в Бездну. Просила передать всем, что искать её нет смысла, переместиться в её комнату из любого другого мира невозможно, она наложила заклинание, запрещающее попадать к ней каким-либо способом, кроме двери. Дверь, соединяющая её комнату с белым миром, была ею спрятана, чтобы не было возможности добраться до неё. На случай нахождения двери кем-либо, она поставила на её охрану самых сильных демонов, какие только есть в Аду – демонов, живущих на кругах Ада. Они отсутствуют в списке Славы, так как не имеют имён, поэтому определить их силу невозможно. Проще говоря, Люси ушла навсегда.
– Поверить не могу... Она сделала такое...
– Зная силу её характера, раз она пошла на такие крайние меры, значит самый дорогой для неё человек сделал что-то, что разбило ей сердце. Я очень переживаю за неё, – мягко говорил Най, а потом закричал на меня: – Что ты, мерзавец, ей сделал?!
Я рассказал Наю о том, что происходило в последние пару дней и о том, что было ночью. Он молча выслушал меня, задумчиво смотря в одну точку, а когда я закончил, он бросил мне ледяное «понятно» и куда-то вышел. Я до сих пор был в шоке от того, что сделала Люси. Моя обида на неё тут же испарилась, я понял, что я очень сильно ранил её, сам того не желая. Всё-таки не нужно было оставлять решение проблемы на утро, если бы я сразу побежал за ней и заставил её меня выслушать...
Через несколько минут Най вошёл в комнату, таща за руку Мэй, которая пыталась сопротивляться, но безуспешно. Он бросил её на пол передо мной и грозно посмотрел на меня.
– Убей её, – злобно сказал он мне.
– Что?
– Убей её, я сказал. У тебя есть на это право.
Она умоляюще смотрела на меня. Это был тот же взгляд, что я видел в детстве, когда ангелов убивали у меня на глазах. Вспомнив это жуткое зрелище, я понял, как тяжело мне её ранить, но ненависть к ней настолько зашкаливала, подпитываемая осознанием обиды, которая сейчас съедает Люси, что я не сдержался. Подойдя к ней, я яростно с силой вонзил ей руку в грудь, пробив её и сжав в кулаке сердце, намереваясь его вырвать. Она вскрикнула от боли и не могла пошевелиться от шока.
Неожиданно в комнату влетел Бел. Увидев происходящее, он подскочил к нам и схватил меня за руку, которая всё ещё была в теле Мэй.
– Не убивай её! – закричал он. – Это не вернёт Люси!
Я резко вытащил руку, и Мэй начала кашлять кровью, но рана быстро затягивалась благодаря ангельской регенерации. Бел аккуратно поднял Мэй и увёл в неизвестном направлении.
– Слабак ты, – с досадой сказал Най.
– Я...
– Знай, что я презираю тебя, Рен Волвес, – перебил он меня. – И всегда презирал.
После этих слов он вышел, хлопнув дверью.