***
На следующий день мы вновь собрались, чтобы обсудить нашу проблему. Всё-таки, прошла ночь, быть может, кто-нибудь придумал что-нибудь новое. Мы сидели в столовой, вдыхая сладкий запах торта из кухни, поедая лазанью и запивая её чаем. В эту секунду моё настроение было абсолютно спокойным, как и последние несколько столетий, я очень давно не выходила из себя и не показывала свой взрывной характер, не считая последних нескольких дней, и то я не так уж сильно взрывалась. Да, мой характер на самом деле взрывной. Я эгоистична, легко и быстро нахожу общий язык с разными существами, быстро загораюсь новыми идеями и заражаю ими окружающих. Но во мне будто живут две личности, и вторая командует мной последние лет четыреста. Она ленива, спокойна, не любит авантюры, сентиментальна, лишена похоти и страсти. Возобновление отношений с Реном пробудило истинную меня, вернув мне огонь, страсть, стервозность, прямоту в речи, колкость и некий холод в отношении к людям. Такой гордый, надменный холод. Рен всегда любил во мне это, его это раззадоривало, хотя сама я считаю это скорее минусом, чем плюсом. Уж больно часто настоящая я обижаю окружающих.
– Знаете... – начал Бельфегор. – Прочитав об этом заклинании ещё раз и обдумав всю ситуацию, я решил, что я должен пожертвовать собой ради вас. Вы итак внесли в мою жизнь очень много разнообразия, вы сделали из меня демона, вы внесли в моё бесцельное существование смысл, яркость, краски. А я в ответ заставлял переживать Люси, из-за меня Рен 16 лет жил чужой жизнью с чужими людьми, и я... Я должен сделать что-нибудь для вас. Убийство Эрвина – наша первостепенная задача. И я решил, что не важно, что будет со мной, главное, чтобы он исчез из мира живых и больше никогда в нём не появлялся. Конечно, я не хочу умирать, но, если нет другого выхода, я не стану отказываться и бороться за существование. Я просто отдам жизнь за дорогих мне демонов.
Во мне вспыхнул гнев, словно извержение вулкана.
– Ты с ума сошёл?! – закричала я, встав из-за стола. – Как можно так легко разбрасываться собственной жизнью? Я стольких в своей жизни ранила, стольких убила во времена войн и восстаний, и ты думаешь, что я заслуживаю жизни больше, чем ты? Тебе 16 лет, Бельфегор, шест-над-цать. Ты ещё пожить толком не успел даже по человеческим меркам, а по меркам демонов тебя можно назвать младенцем! И ты хочешь умереть ради трёхтысячелетних демонов, которые совершили больше зла, чем твоя совесть смогла бы вынести?! Да что за бред!
Я выскочила из комнаты, подошла к окну и отдышалась. Это была вспышка эмоций, которая быстро прошла. Я слишком привязалась ко всем, кто сейчас рядом со мной, и не хотела допускать даже мысли, что придётся кем-то пожертвовать, чтобы спасти остальных. Я подумала вернуться обратно в столовую, но это было бы довольно неловко после произошедшего, поэтому я осталась стоять за дверью.
– Что это было? – с некоторым ужасом в голосе спросил Айрес.
– Это ещё одна сторона Люси, – спокойно допивая чай, ответил Рен. – Я называю её «Тёмная Лю». На самом деле, она всегда была такой, но последние четыре–пять столетий стала какая-то... более тихая, что ли. Я давно не видел в ней огня, пылкости или страсти, она в какой-то момент стала пассивной и отчасти равнодушной. Вы просто привыкли к этому её образу «интересуюсь всем, но мне нет дела ни до чего», поэтому для вас странно видеть её такой. На самом же деле, это вполне нормально для неё, и я не вижу в этом ничего страшного.
– Но... это так странно... Неужели мама на самом деле такая злая? И она правда убивала других?
– Она не злая, – усмехнулся Рен. – Она наоборот очень милая. А убивать... да, убивала. И много. Но я убивал в несколько раз больше, поэтому не осуждаю её.
– Я удивлён, если не сказать больше! – воскликнул Бельфегор.
– Всё вполне логично. Она королева, она участвовала во многих сражениях, и ей приходилось убивать, чтобы не убили её, поэтому её характер достаточно жёсткий, хотя она его и прячет. А ты молодой, можно даже сказать совсем маленький мальчик, пытаешься отдать свою жизнь за неё. Она считает это неоправданным.
– Мне трудно в это поверить... – ответил Бел.
– Вспомни портрет в своём особняке, – неожиданно сказал Рен. – Он был написан, когда Люси было около 1100 лет, а сейчас ей 3123, она тогда была совсем другой. И вот сейчас ты увидел, какой она была.
– На портрете она казалась очень надменной, – заметил Бел.
– В какой-то степени так и есть. Но я не считаю, что это ненормально, она ведь не абы кто, а Королева Ада. Во мне высокомерия ещё больше, чем в ней, и ничего.