– Представить не могу... – ответил я. – Неужели он и правда пережил такое?
– О да. И отчасти Лео всё же удалось развить в Рене отрицательные стороны, но в полной мере сделать это было невозможно. Все негативные эмоции, возникавшие в душе Рена, забирали его лучший друг и возлюбленная.
– Возлюбленная?! – удивлённо воскликнули мы с Белом в один голос.
– Не мама?
– Хм... Как бы сказать... В тот момент, когда эгоизм Рена дал трещину, и в его жизни появился лучший друг – Асмодей Фенлил, он также познакомился с девочкой, в которую тут же влюбился. Не аристократка, не испорченная статусом и богатством, не избалованная самовлюблёнными родителями – она была так непохожа на всех, с кем ему приходилось общаться в замке. Он приводил её сюда много раз, и я был знаком с ней. У неё были длинные чёрные волосы и сияющие голубые глаза. Голубоглазыми были лишь ангелы, демоны же обладали кроваво-красным цветом глаз, но она была брюнеткой, как все демоны. Это сразу привлекло меня в ней, я заинтересовался пересечением миров в этом ребёнке. Но в какой-то момент между Реном и Асмодеем произошла ссора: признавшись в чувствах, Рен не получил взаимности и навлёк на себя гнев друга, также влюблённого в необычную девочку. Затаив друг на друга обиды, все трое перестали общаться. Я около тысячи лет не видел эту голубоглазую дьяволицу. А потом, когда Рен достиг того юношеского возраста, в котором нужно было жениться и становиться Королём – он привёл её вновь, как свою невесту. Она стала старше и красивее, но основное не изменилось: она оставалась той же загадочной смесью противоположностей. Сам Рен, похоже, за тысячу лет забыл её, он не осознавал, что его невеста и есть его первая любовь.
– То есть он не знал, что уже давно любил Люси? А она? Она помнила его? – возмущённо интересовался Бел, то ли просто от любопытства, то ли из-за злости на Рена, то ли из ревности.
– О, ещё как. В тот же день, когда Рен назвал её своей невестой, я подгадал момент и поговорил с ней. Я спросил, помнит ли она меня, на что она ответила: «Вы не сильно изменились за тысячу лет, Ами». Я был поражён и задал ещё один вопрос: «Астарот помнит тебя?» В ответ она лишь посмотрела на меня, но взгляда было достаточно, чтобы понять. Она попросила не говорить ему ничего, потому что хотела начать всё сначала. Я был действительно удивлён, но в то же время рад, ведь Рен для меня как родной, а хорошая женщина рядом с ним – залог счастливой жизни. И ведь так и было.
– Что было бы, если бы ему рассказали? – спросил Бел, откровенно не видя в этом никакого смысла.
– Характер Рена очень нестабилен, – ответил Ами. – Все знают, что будет, если заставить его ненавидеть врагов, однако никто и предположить не может, что произойдёт, если он возненавидит самого себя. Любовь, которую он испытывает к этой женщине, всепоглощающая. Узнай он о том, что самолично предал её... Не знаю, остался бы кто-то в живых вообще или нет.
Бел замолчал, глядя в сторону и не находя слов для ответа.
– А что насчёт маминых голубых глаз? – поинтересовался я, вспомнив, что мне от неё передались те же глаза.
– Уже после их свадьбы я говорил с её отцом и выяснил правду. Мать Люси – бежавший ангел, влюбившийся в демона, поэтому Люси – смесь демона и ангела. О плодах такой запретной любви известно немного, но все историки в один голос говорят, что сила их несоизмерима ни с чем во вселенной. И нет существа в мире, способного победить их. Но едва ли сама Люси об этом знает.
– То есть она сильнее Рена? – удивился Бел.
– Определённо.
Мы с Белом были немного шокированы. Всё это время мама больше пряталась за отца и никак не проявляла свои демонические способности. Основные возможности демонов одинаковы: перемещение во времени, уничтожение небольших предметов силой мысли, полёт, контроль природных стихий. Это могут все, но мало этим пользуются, потому что это довольно слабые умения. Сражения демонов в основном происходят на мечах, придерживаясь старых традиций, ибо в физической силе демоны не уступят ни единому существу в мире. Также мы пользуемся рядом заклинаний, одно из которых мама использовала на Беле, когда заставила его переродиться через сотню лет.
– Почему я никогда не слышал об этом раньше? – спросил я, вспоминая всё то, что мне о ней рассказывали. – Будь она самой сильной в мире, она бы совершила что-нибудь историческое, так? Её имя было бы на слуху?
– Не всё так просто, юный принц. Есть ряд деталей, о которых рассказывать слишком долго, но по некоторым причинам она не может использовать свою полную силу. Рен знает об этом, поэтому прячет её за своей спиной. Он достаточно силён, поэтому без проблем защищает её.
– Как они жили? – неожиданно спросил Бел, глядя в пустой угол. Казалось, он был в отчаянии. – Как они жили всё это время? Если он так сильно её любил, почему не удержал возле себя? Почему позволил ей уйти ко мне?
– Ну, я бы не стал себе льстить на Вашем месте, юный Бельфегор. Она ушла не к Вам, она ушла от него, а это две кардинально разные вещи. Будь в тот момент на Вашем месте кто-нибудь другой, он бы точно так же заполучил сие сокровище. А по поводу причин... Не уверен, что я тот, кто должен об этом рассказывать. Личные дела супругов на то и личные, чтобы не распространяться.
– Но вы ведь знаете! – воскликнул я. – Знаете, но молчите! Расскажите же!
– Говорю же, не моё это дело. Спросите у них сами.
– Ну пожалуйста, прошу вас! – закричал я и умоляюще посмотрел на Ами.