– Здесь плавать запрещено, – послышался женский голос сзади.
Я обернулся и увидел девушку лет пятнадцати. Она смотрела на меня очень грозно и казалась чересчур уверенной в себе. У неё были длинные чёрные волосы, собранные в хвост, а надето на ней было лёгкое платье цвета морской волны и белые туфли на небольшом каблуке. Для меня непривычно видеть женщину в обуви, что весьма забавно, ведь мама всегда ходит в одних чулках, не обуваясь. Но взгляд этой девушки был чем-то похож на мамин: она выглядела сильной.
– Мы знакомы? – спокойно спросил я.
– Я так не думаю, – ответила она, посмотрев на меня с некоторым недоверием.
– Тогда почему ты ведёшь себя со мной так бесцеремонно? Или, возможно, тебя назначили охранять это место?
– Нет, – так же коротко ответила она.
– Тогда, боюсь, ты не имеешь права ничего мне запрещать.
– Я буду драться, если не послушаешься! – заявила девушка и вынула из ножен меч.
– Ох… Драться? Серьёзно? Сколько тебе лет, юная леди? – усмехнулся я, поразившись тому, как мало времени мне потребовалось, чтобы скопировать манеру разговора Рена.
– 58. А какое это имеет значение?
– А, ну тогда понятно. Ты ещё совсем юная, вот почему так опрометчиво поступаешь. Драться со мной бессмысленно, я старше тебя в два раза и сильнее раз в 100.
– С чего такая уверенность? – спросила она, всё ещё направляя свой меч на меня.
– Ты знаешь что-нибудь про Лакрим? – вежливо поинтересовался я, с умилением глядя на эту маленькую, но воинственную девочку. И хотя пятьдесят лет – мизерная разница, мне всё равно казалось, что я взрослый, а она совсем кроха.
– Это замок Волвес, – ответила она.
– Правильно. И в этом замке есть Список Славы. Слышала о нём?
– Слышала. И что? – отвечала она, будучи уже готовой к сражению, если я не смогу разубедить её в этом.
– Ну так вот. Я видел этот список. Я в нём занимаю пятую строчку.
– Пятую? – удивилась она и опустила меч. – Ты не врёшь мне?
– Нет, не вру. Всё ещё жаждешь драться со мной?
– Но как ты попал в Лакрим? – спросила она, убирая меч обратно в ножны и делая вид, что ничего не было.
– Мои родители – влиятельные демоны, так что так вот как-то и вышло. Так почему это озеро столь важно для тебя, что ты всерьёз готова драться за него с противником, который заведомо сильнее тебя?
– Это последнее напоминание о моём отце. Он очень дорожил этим местом.
– Он умер?
– Да, чуть больше года назад.
– Мне жаль, – сочувствующе сказал я, опустив вниз глаза. Я мог представить себе, как это тяжело, ведь я вырос без мамы и уже однажды видел её смерть.
– Да, спасибо. Я уже чувствую меньше боли, столько времени ведь прошло. Но не будем о грустном! – воскликнула она и улыбнулась, помолчав с полминуты и резко сменив тему. – Лучше скажи мне своё имя, демон из Списка Славы.
– Айрес, – ответил я.
– Приятно познакомиться, – сказала она, подошла ближе и протянула мне руку. – Меня зовут Лилиан.
– Красивое имя. Что оно значит?
– Не знаю. А твоё?
– Моё вскоре изменится, но пока что оно означает «Наследник». По крайней мере, так говорила мама.
– Ты хочешь изменить имя? – удивлённо спросила она.
– Мне придётся, – с некоторым сожалением ответил я. – Но, сдаётся мне, ты ничего не знаешь об этом, да?
– Впервые слышу, если честно, – растерянно улыбнулась девушка.
Это было немного странно, потому что и про смену имени при восхождении на престол, и про все полномочия Короля и Королевы – вся информация доступна общественности. Я бы даже сказал, что нет ни одного демона, кто бы об этом не знал.
– Ты когда-нибудь видела Короля или Королеву?
– Нет, за мои полвека жизни я их ни разу так и не встречала. А в день коронации я поссорилась с отцом и убежала очень далеко, поэтому пропустила всю церемонию и весь парад.
– И как такие ещё живут?.. – усмехнулся я, пробормотав про себя. – Так… твой отец дорожил этим местом, да? Почему?
– Он встретил здесь своего самого лучшего и единственного друга и свою первую любовь. Отец всю жизнь любил одну-единственную женщину, зная, что она замужем за демоном, который за 1000 лет забыл её лицо.
– Что это значит? – удивился я.
– Я не знаю, не могу понять до конца. То, что я сейчас сказала – дословная цитата, отец сам так говорил, но вот объяснять смысл своих слов ему как-то в голову не приходило, – засмеялась она немного нездоровым смехом, не выражавшим, в общем-то, никакого веселья, а, скорее, наоборот.