– Кто ты такой, чёрт возьми? – воскликнула она и отодвинулась от меня. – Почему ты так хорошо знаком с ним? Почему он, Король всего Ада, выполняет поручения твоей матери? Что у тебя за семья такая?!
– Здравствуйте, – послышался ещё один знакомый голос за спиной.
Я обернулся и увидел Люси, но как только я захотел произнести её имя, он приложила указательный палец к губам, давая понять, что не хочет быть раскрытой. Я промолчал, ожидая, что она будет делать.
– Прошу прощения за вторжение, – вежливо сказала она и села рядом с нами.
«Она даже сюда пришла в одних чулках», – подумал я.
– Его Величество Рен напугал Вас, юная леди? – спросила мама.
– Напугал? Да он чуть не убил меня! – воскликнула Лилиан.
– Прошу прощения за его поведение, – сказала мама. – Его просили быть чуть сдержаннее, но он не смог. Мне очень жаль.
– Ничего страшного! – смущённо ответила Лилиан, видя мамину вежливость, непривычную мне. – Вам не нужно извиняться, это ведь не Ваша вина! Вы лучше скажите, кто Вы и зачем пришли?
– За тем же, за чем приходил и Король. Меня послали узнать о Вас, Лилиан. Не станете ли Вы угрозой правящей династии?
– Я уже сказала, что не стану. Отец просил не быть такой, каким был он, и я не буду ненавидеть Волвес только потому, что этого требует мой клан. Хотя не могу сказать, что не понимаю ненависть отца к Королю.
– А я не могу сказать, что не понимаю Ваших чувств. Однако мне нужно обещание.
– Я обещаю Вам, что не встану на путь войны, – твёрдо и уверенно заявила Лилиан.
– Хорошо, тогда не буду больше мешать вам. А тебе, – сказала мама, повернувшись лицом ко мне и улыбнувшись, – я официально даю наше разрешение.
Меня это смутило, ведь она имела в виду разрешение на какие-либо взаимоотношения с Лилиан. А, зная её желание найти мне невесту, я прекрасно понял её намёк.
– Не уходите! – закричала Лилиан, видя, что мама встала с лавки. – Пожалуйста, останьтесь здесь! У меня столько вопросов!
– А разве Айрес не может тебе ответить, милая? – ласково спросила мама, говоря с Лилиан, как с маленьким ребёнком.
– Ты же попросила молчать, – вмешался я. – Или что это значило?
– Я попросила молчать до того момента, пока я сама не поговорю с ней, – улыбнулась мама. – Теперь ты можешь всё рассказать, а я пока пойду обратно. Рен там немного злится, я не хочу, чтобы он выместил свой гнев на случайном демоне, а он может.
Мама говорила это легко и смеясь, и я видел недоумение в глазах Лилиан. Наверное, для неё было дико странно то, что какая-то девушка так отзывается о жестоком Короле Ада, будто он её старый приятель.
– Подожди! – воскликнул я. – Расскажи ей про её отца, она ведь ничего толком о нём не знает! А ты ведь знала его?
– Вы знали моего отца?! – испуганно закричала Лилиан.
– Честно говоря, меня удивило, как быстро ты всё соединил после моего рассказа. Я и не думала, что по такому краткому описанию можно что-то понять.
– Расскажи ей! Она заслуживает знать, за что его убили!
Лицо Лилиан наполнилось ужасом и болью, она будто боялась услышать, хотя и хотела знать ответ. Она смотрела то на меня, то на маму, ожидая, пока один из нас что-нибудь скажет. Хоть что-нибудь.
– Твой отец, – начала мама, повернувшись лицом к Лилиан и грустно смотря вниз, – когда-то был моим близким другом. Мы знали друг друга очень-очень давно, и он сумел пронести теплоту по отношению ко мне через тысячелетия. Я на самом деле очень благодарна ему за те чувства, которые он испытывал ко мне, они согревали моё сердце в моменты, когда мне было очень трудно. Я была единственной, кого он любил за свою жизнь, но не могла ответить ему тем же. Он был моим лучшим другом, помогавшим мне справиться с тем, что сама я была преодолеть не в силах. Однако чувствам приказать невозможно, и невозможно полюбить того, кого не принимает твоё сердце. В детстве мы дружили втроём, и я выбрала другого, не твоего отца. Это послужило истинной причиной, по которой твой отец потерял своего самого близкого человека и единственного друга – Рена, который только что пытался тебя убить. Я понимаю, каково тебе, но не держи на него зла. Если бы ты знала их обоих так же хорошо, как я, ты бы поняла меня. Твой отец, как и Рен – это пример чести, самоуважения и отваги. Прости, что всё так вышло. И с его чувствами ко мне, и с его смертью. Прости. Никакие слова, конечно, не заглушат твою боль, но это всё, что я могу сделать для тебя.
В глазах Лилиан я увидел боль и сожаление, но главное… понимание. Я увидел понимание.
– Так вот как выглядела душа моего отца… – с улыбкой молвила Лилиан. – Теперь понятно, почему он был влюблён в Вас. Вы и правда прекрасная женщина.
– Душа? – смущённо переспросила мама.
– Он называл Вас так. Он говорил: «Я любил лишь одну женщину. И она до сих пор внутри меня, она не сможет исчезнуть. Она стала частью меня, моим внутренним миром, моей душой».
– Вот как… – смущённо глядя вниз, сказала мама.
– Интересно, есть ли грань, – послышался сзади тихий голос отца, – предел тому, как горячо, пламенно и страстно можно любить женщину?..
Мы все повернулись и посмотрели на него. Он печально смотрел на озеро словно сквозь лавку и сквозь всех нас, сейчас его, кажется, волновала только кристально чистая вода. Было понятно, что и слова мамы, и слова Лилиан очень задели его чувства. Такой грусти в глазах отца я не видел с того момента, как мама сбежала в Бездну, думая, что отец её предал.
– Это я убил твоего отца, – неожиданно сказал он, продолжая с грустью глядеть в пустоту.
– Что? – с ужасом в глазах переспросила Лилиан.
– И я очень сожалею об этом. Прости меня.
В этот момент удивление было даже на лице мамы. Я первый раз в жизни услышал, как отец откровенно и с печальным взглядом перед кем-то извиняется. Он говорил искренне, на самом деле переживая из-за случившегося.
– Рен! – воскликнула мама и бросилась к нему.
– Не переживай, – ответил папа, ласково глядя в её испуганное лицо, а затем вновь опустил голову. – Я знаю, что ты очень переживаешь о моих ранах, но не нужно. Я просто знаю, что всё это моя вина. Это из-за меня ты лишилась его больше трёх тысяч лет назад, и это из-за меня он умер в прошлом году. И я знаю, что никогда не смогу это исправить. Я просто… стараюсь жить с этим.
– Рен! – всё так же встревоженно кричала мама. – Я представляю, как тебе больно, но…
– Я прощаю Вас, – перебила её Лилиан. – Я прощаю Вас, Рен Волвес.